Дочь княжеская. Книга 4

— Олег… — начала было Хрийз, и умолкла, не в силах продолжить.

Что здесь происходило, ясно было даже пню. Неумерший как-то умудрился угодить в лапы Рахсима, и был теперь полностью в его власти.

Олег вздрогнул, словно его огрели плетью, и сказал ровно, разглядывая пальцы на собственных руках:

— Я проиграл ему, — кивок в сторону врага, — личный поединок.

— Давно? — не удержалась от сочувствия Хрийз.

— Давно, — кивнул Олег, не поднимая головы.

— Ты — мой, — сказал Рахсим, понижая голос, и слова его заполнили магическим флёром тёмной энергии всю комнату. — Повтори!

— Я… — Олег сделал над собой усилие, и вместо подтверждения «я — ваш», как того требовала установленная над ним злая зависимость, прошептал, с трудом выталкивая из себя каждое слово: — Я… поднимаю… свою… Тень…

— Что ты там бормочешь, мертвец? — резко спросил Рахсим.

— Тень моя — приди! — крикнул Олег, уже не скрываясь, и глаза его вспыхнули мрачным адовым огнём.

За его спиной словно бы вскипели чёрные крылья. Сверкнули белым клыки, — Хрийз поневоле поёжилась, зачесалось, зазудело запястье, познавшее когда-то остроту подобных зубов. И ведь давно пора бы уже было привыкнуть к особенностям анатомии неумерших, но каждый раз был, как первый, — страшно до липкого пота по спине. Да, призрачного пота, но страх-то совершенно точно призрачным назвать было нельзя. Какое страх, ужас, самый натуральный, смертельный. На миг показалось, будто Олег вопьётся в горло именно ей, даром, что в Хрийз сейчас не было ни капли настоящей крови. Но неумерший кинулся на Рахсима!

По комнате загулял страшный тёмный вихрь. Движения схлестнувшихся в смертельной схватке оказались настолько стремительны, что глаз — даже призрачный глаз! — не успевал за ними. И закончилось всё так же стремительно — не прошло и минуты, как Олег уже корчился на полу, придавленный ботинком врага. Ботинок — на горле, хриплый стон с прокушенных собственными клыками губы, чёрная, пузырящаяся кровь неумершего стекает по подбородку, капает на ламинат, оставляя шипящие чёрные пятна…

— Что же ты… медлишь… — прохрипел Олег, выгибаясь в чудовищной судороге. — Рази!

Хрийз вскрикнула, осознавая себя полной дурой, упустившей удобный момент. Лилар, вот та бы воспользовалась вовремя, а она, Хрийз… Дура, дура, дура! И всё же она дёрнула из ножен кинжал и заставила себя шагнуть вперёд. Напоролась на Рахсимосвкую улыбку как на острое лезвие, всхлипнула, замахнулась… Тут-то бы ей и конец, но одновременно — одновременно и стремительно — с тонким отчаянным криком котёнка на Рахсима набросилась Карина и начала молотить его кулачками куда придётся, и вместе с нею в окно влетела крылатая хищная тень и с лёту воткнула мощный клюв в глаз тёмному магу.