Джульетта стреляет первой

А тут – ленивая тишина, сонный чилиец неспешно поднимает жалюзи на окне аптеки, пожилой, дорого, но неряшливо одетый мужчина еле волочет ноги и прихлебывает пивко из банки, продавщицы абсолютно пустого продуктового стоят на крылечке, курят, философски наблюдают за дымовыми кольцами.

«Сейчас приду – а все окажется заперто», – весело подумала Таня.

Но возле единственного на острове административного здания обнаружила сразу двоих. Марк оживленно болтал с афроамериканцем-швейцаром. Увидел Татьяну, заулыбался:

– Шеф уже здесь. Тяжело просыпаться было?

– Вообще не проблема, – пожала плечами она.

– Я всегда считал, что рекламисты – «совы».

– Но если встреча назначена…

– Ее всегда можно сдвинуть на попозже. Ох, Танюха! – Марк фамильярно обнял ее за плечи. – Ты просто пропитана Москвой. Напряженная. Официальная. Расслабься. У нас все проще.

– Марк, мы пока не переходили не «ты», – упрямо повторила она и вырвалась из его объятий.

– Сегодня выпьем вместе коктейль и перейдем. Договорились?

Отказаться не успела. Он снова приобнял за плечи, потянул за собой:

– А пока пошли знакомиться с шефом.

 – Бодрый голос Марка чуть дрогнул.

«Ты его, похоже, боишься», – заметила Татьяна.

Воображение продолжало бушевать.

Может, глава Матуа – какой-нибудь больной на голову? Или инвалид? Если что не по нему, станет золотой тростью швырять?

«Как меня Валера только отпустил в эту авантюру!» – с неожиданной злостью подумала Садовникова.

Она ждала, что отправятся в пентхаус – коли там мэр сидит, значит, и самый главный начальник тем более. Но Марк привел ее на второй этаж. Стандартный кабинет с пустым секретарским предбанником.

Плохонькая – даже не двойная – дверь в начальственные покои. И молодой, очаровательный, лучистоглазый мужчина за столом. Увидел Марка с Татьяной – немедленно вскочил. На юношу цыкнул:

А Садовникову галантно подхватил под руку, отвел в переговорный уголок (два мягких кресла обступили стеклянный столик), усадил, поместился напротив, обволок взглядом, заговорщицки улыбнулся:

– Значит, та самая Татьяна.

Под ложечкой засосало. Вот это глаза у него! Сияют всеми оттенками синего. Точеный римский нос, прекрасная кожа. А фигура! Идеал, многим фитнес-тренерам не снилась.

Плюс бархатный оперный голос. Подобных обаяшек Таня видала и раньше. Но в скромных ролях альфонсов. А тут человек целым островом владеет!

Хотя нет. Островом, наверное, владеет старший. А этот – совсем молодой.

Босс не мешал ей себя разглядывать. Когда Таня наконец опомнилась и смущенно уставилась в пол, весело спросил:

– Вы, очевидно, представляли меня дряхлым старцем?

Садовникова, пока медитировала утром, внушала себе: надо обдумывать каждое слово.