Господин Гексоген

– Это со мной, – произнес Буравков, проводя товарищей сквозь систему контроля.

По ту сторону открывался иной мир, стерильный, хрустальный, драгоценно-прозрачный, благоухающий озоном, украшенный витражами, инкрустациями, с висящими на белоснежных стенах дорогими картинами модных художников.

Они оказались в приемной, пустой и вместительной, как вокзальный зал ожидания. Расположились в удобных креслах, откуда Белосельцев наблюдал ожидавших приема посетителей. Там были робеющие генералы с лампасами, какой-то затейливо разодетый господин в вызывающих белых носках и два чернобородых, хасидского вида, еврея в черных сюртуках и шляпах.

Посреди комнаты, на деревянном постаменте, напоминавшем алтарь, высилась стеклянная колба, в которой металась зеленая пульсирующая синусоида.

– Генералы представляют Ракетные войска стратегического назначения, – полушепотом пояснял Буравков. – Мы намерены с помощью боевых ракет с полигона Плесецк запустить серию наших телевизионных спутников, а для ракетчиков это равнозначно спасению вида войск… Вон тот господин в белых носках – глава сельского района, где расположена усадьба Вяземских.

Астрос задумал построить недалеко от Москвы Диснейленд, как раз на территории района. Усадьба должна пойти под снос, и глава района за хорошее вознаграждение готов уладить проблему… Та еврейская делегация, – Буравков указал на пейсы, смоляные бороды и черные колпаки, – прибыла из Тель-Авива, чтобы уступить Астросу часть акций крупного израильского издания. С его помощью он будет контролировать общественное мнение евреев – выходцев из России…

Белосельцев не понимал, зачем его сюда привели. О чем и собирался сказать, но внезапно Буравков встрепенулся:

– Нас ждут, пойдемте, – и в бесшумно распавшиеся двери они вошли в кабинет.

Это не был кабинет в обычном понимании. Они вступили в овальное помещение с эллиптической кривизной стен, на которых размещалось множество телевизионных экранов. Каждый мерцал, полыхал, пульсировал. Астрос сидел за пультом, управляя экранами, увеличивая двигающиеся объекты, приближал или удалял. На экране, куда были устремлены его восхищенные глаза, появился труп молодой женщины, лежащей на бетонном полу. По распухшему лицу, в слизи и сукровице, ползали мухи.

На ноге были видны следы проволочной петли. Груди были обрезаны. А в паху, среди волосяного покрова, торчал какой-то предмет. Астрос увеличил изображение, и стало видно, что это мокрое, забитое в плоть долото.

Белосельцева передернуло, он перевел глаза на другой экран, и там из-под развалин взорванного дома спасатели в касках и оранжевых комбинезонах вытаскивали раздавленную девочку. Оператор умело и подробно показывал маленькую детскую руку с расплющенными пальчиками.