Я не выйду за варвара (СИ)

Усмирив строптивицу, я снова пошел к окну и стал в пол оборота, краем глаза наблюдая за тем, чтобы она все выпила.

— Хорошо, хоть не бьет по лицу, как Джордж, и за волосы не тягает. — бухтела под нос герцогиня, давясь отваром, — Попросить перевести мне нельзя было?! Сразу силу применять. Варвар. Вы только посмотрите на него! Для него слуги и то больше, чем я значат. Он с ними хотя бы разговаривает. А я недостойна даже этого! Кстати, сер Годрик — обратилась она к третему наследнику клана Медвежьих Яров, что охранял ее ночью, — Я заметила, что все высшие военные чины знают мой язык.

Даже Верховный Эрл Джордж пусть и с ошибками. Почему же Эрл Витторио не говорит на эльратском? Я бы высказала ему лично, что думаю по поводу его отношения ко мне.

У Годрика аж глаза забегали.

— Сэр Годрик? — не унималась герцогиня.

— Ваше Высочество…? — растерянно посмотрел он на меня, ожидая какой-то подсказки.

Глава 28. Гневная тирада

— Ваше Высочество…? — растерянно посмотрел на меня Годрик, ожидая какой-то подсказки.

Но мне было нечего ему сказать. Я нуждался в той самой подсказке не меньше, чем он, а от того ждать от меня помощи не следовало.

В сущности, это была моя проблема. Мне бы давно надо было придумать ответ на этот закономерный вопрос. Не сложно было за пару дней путем нелегких наблюдений обнаружить такую очевидную истину. Все нордорийские аристократы без исключения в совершенстве владели эльратским. Каждый воин, мой или Джорджа, который так или иначе охранял Анну Аврору или контактировал с ней, не только прекрасно понимал ее, но и по надобности говорил с ней на чистом эльраском, без толики акцента.

Исключением разве, что служил мой брат. Его Величеству плохо давалось многообразие мягкий звуков, коими был наполнен язык имперцов.

Он часто мог путать окончания, а также использовать те или иные схожие по смыслу слова не к месту. Примерно так же я разговаривал лет эдак в семь-восемь, когда наши родители отдали меня в эльратскую школу.

Джордж, как и я, страх, как не хотел там учится. Нам двоим по душе были тренировочные площадки вместо учебных классов, танец мечей вместо глупого вальса и скачки верхом вместо занудного изучения «великих» подвигов этого проклятого Вильгельма I Завоевателя. И тем не менее, с горем пополам через «не хочу», «не буду» и «ненавижу эльратский» Джордж таки освоил его.

Причем на достаточном уровне, чтобы все понимать и даже свободно разговаривать, пусть и с ошибками.

Таким образом, единственным нордорийцем высокого происхождения, который оказался «незнающим» имперский язык оставался я. Понимая, что меня вот-вот могут разоблачить, я разнервничался, как мальчишка. На то было две причины. Во-первых, Его Величество не обрадуется нашим задушевным беседам.

Не то, чтобы он ревновал Анну Аврору.