Я не выйду за варвара (СИ)

 — Надо потушить свечи!

Моё роскошное платье уже валялось на полу. Я осталась полностью обнаженной, не считая тонких белых чулок. Витторио жадно смотрел на меня, его бесстыжие руки отнюдь не целомудренно блуждали по телу, заставляя всё моё естество трепетать. Горячее дыхание воина опаляло шею, борода нещадно колола нежную кожу, а губы осыпали ключицу дорожкой из поцелуев. Он продолжал свои неистовые пытки, не желая слушать меня.

— Витторио! — вырвался слабый крик. — Я прошу тебя, давай потушим их!

Мой муж и так уже прикоснулся ко мне везде, где только можно. Я не могу выносить ещё и его горящего взора. Моё тело и без того горит.

— Нет. — категорично заявил он.

Вторя своим же словам, воин развёл мои скрещенные руки, открывая доступ к груди.

— Я хочу тебя видеть. — добавил он, целуя меня там. — Всю.

Я оказалась полностью обездвижена. Витторио без труда удерживал мои запястья, прижав их к матрасу аккурат рядом с плечами. Мои ноги были не в силах двинуться от навалившегося веса. Он дразнил меня, заставлял желать большего. Его губы, властно сминающие кожу, его влажные поцелуи и постыдные движения языком вызывали странные, волнующие ощущения. Они сосредотачивались у меня в животе каким-то тягучим исступлением. Я чувствовала себя очень странно, мне казалось, еще немного и я просто взлечу в воздух и там же и растворюсь. И чем дальше заходил Витторио, тем сильнее я изнывала от них.

Очередной волной трепета, смешанной с необъясним страхом, стала попытка мужчины вклиниться меж моих ног. Всё-таки поцелуи поцелуями, а это… Это совсем другое! Я невольно воспротивилась ему, на что он укусил меня в ответ. За грудь. В самом чувствительном её месте.

— Ай! — крикнула скорее он неожиданности, чем от боли. — Витторио!

Он воспользовался моментом и раздвинул коленями мои ноги. Бессовестный супруг продолжал изучать моё тело губами, однако его исследовательский интерес стал постепенно опускаться ниже. И если поначалу я не придала этому значения, сходя сума от бабочек в животе, то потом, почувствовав поцелуи намного ниже пупка, всерьез забила тревогу.

— Что ты задумал?! Нет! Витторио! — молила я, пытаясь выскользнуть из под него. — Не надо!

Боже мой, как же стыдно! Я не смогу, я не выдержу этого! Но Витторио не было дела до моих терзаний. Он рывком притянул меня к себе, ловко закинув ноги на свои плечи.

— Ваше Величество! — в отчаянье прокричала я. — Прекратите!

Мне думалось, обратись я к нему на "Вы", как к императору, смогу потешить его самолюбие, тем самым достучавшись до него. Ведь он так желал всё это время заставить меня склониться перед ним, всецело подчиниться, признать его власть. Но меня он, похоже, любил больше, ибо без промедления резко пресёк мою жалкую попытку помешать ему осуществить задуманное.