Я не выйду за варвара (СИ)

 — надо было видеть её лицо в сей момент.

— Тогда зачем Вы устроили эти торги? — возмутилась Анна Аврора.

— Если Вы не согласитесь на мои условия, то я…

— То ты что? — спросил я. — Не станешь учить меня эльратскому? Так это ведь тебе нужно было. И ещё, — сказал я, склонившись над ней, и добавил тихо. — Ты не можешь мне угрожать.

Для доходчивости запустил руку под подол её халата, сжимая бедро.

— Ну так как? — поцеловал её шею. — Ты согласна на мои условия? Или нашу сделку нельзя считать состоявшейся?

— Мне нужно подумать. — ответила она, нервно сглотнув.

— Хорошо, я дам тебе время. — смилостивился я.

— Уже закончилось. — хитро улыбнулся.

— Что? — непонимающе спросила моя Эрлин.

— Время уже закончилось. — пояснил я. — Я жду ответ.

Она враз замешкалась, не зная куда деваться.

— Всё понятно, ты струсила, моя дорогая жена.

— Нет, стой, я согласна! — очнулась она.

— Даже не знаю, что делать, время на ответ вышло ведь… — призадумался я.

— Ты уверен? — спросила она, обхватив моё лицо ладонями.

— Уверен. — ответил я, глядя на её губы.

— И ничего больше нельзя сделать? — вот негодница, напрашивается ведь, а строила тут саму невинность, торгуясь со мной по всем пунктам.

— Думаю, можно. — нервно сглотнул я, протягивая руки к вырезу на груди. — Если очень постараться.

Да уж, до уроков мы так дойдём не скоро. Кто бы сказал мне тогда, что у семейной жизни есть обратная сторона. И она далеко не такая приятная, как постельная её часть.

Жизнь после свадьбы завертелась с небывалой скоростью. Восстановление империи после войны шло полным ходом. Все средства были брошены на стройку. Мельницы, мосты, переправы, новые дома для пострадавших и всё в таком душе. Активным ходом шла лесозаготовка и развитие мебельной промышленности. Султаны из жарких стран, а также их знатные поданные щедро платили за вычурные предметы обихода. Начались реформы в армии и системе образования. Нордорийский язык был признан вторым государственным в империи. Отныне все, кто претендовал на должность при магистрате или губернских канцеляриях, должны были в совершенстве владеть обоими языками.

И если империя активно развивалась, то семья моя постепенно пустела. Не успел я опомниться, как Лагерта уже вышла замуж и переехала к мужу. Пусть она и жила в столице, но на семейных ужинах мне не хватало её. Я никогда не был особо близок с ней, она была очень ранима, как для северянки. И тем не менее я ощутил тоску в душе. Наверное, я просто понял, что больше никогда не будет, как раньше. Даже не смотря на то, что время от времени она проведывала нас.

А потом также незаметно мой дом покинули Хельга, Агнеса и Индгрид. Мы ездили к ним на свадебные церемонии в соседние страны. Я лично провожал их к алтарю.