Имперец. Живыми не брать!

Меня эти проблемы не очень-то беспокоят, поэтому, повозившись, забираю один с собой. Боезапас, разумеется, тоже. Через кабину забираюсь на кузов, тут тоже есть одна работенка… готово. Спрыгиваю на землю, поскольку мне и к другому борту нужно.

Стучу в дверь, в кузове уже очухались, слышна возня.

На секунду возня затихает.

— Кто-кто — дед Пихто! Жить хотите?

— Дверь открывайте и выбрасывайте в нее все оружие. Средства связи и прочее. На раздумье — тридцать секунд.

— А если мы этого не сделаем?

— Будет большая братская могила. Сразу для всех. Предупреждаю — вторая машина не придет, не ждите. Помощи тоже не будет — связи у вас уже нет. Двадцать секунд!

И в темпе сматываюсь в сторону водительской кабины.

Нет у меня доверия этим деятелям, что-то в их словах настораживает… Даже не сами слова, а то, как отвечающий их произносит. Не испуган он. Удивлен, раздосадован — это есть. Но не более того… Профи.

Так оно и оказалось — из амбразур вылетели ручные гранаты. Сразу четыре штуки. Стой я на прежнем месте — там бы и остался. Навеки. Даже и здесь малость приласкало — на одно ухо оглох. От прочего водительская кабина спасла — не зря же на нее столько всякого железа понавешали? Правда, утешает то, что обитателям кузова тоже несладко пришлось — гранаты, хоть осколками бронированный кузов не пробили, по ушам обитателям весьма основательно приложили — они между разрывами оказались.

Не очень-то, между нами говоря, в это верилось с самого начала. Но… надежда умирает последней.

И не только у меня, между прочим!

У вас, парни, она тоже есть.

На дружескую помощь, «кавалерию из-за холмов», Санта-Клауса и Карлсона… кто во что верит.

Ибо сдвоенный взрыв буровых тротиловых шашек — на вентиляционной решетке кузова и около амбразуры — ставит жирный крест на всех этих чаяниях.

После такого бабаха живых там не остается.

Выжить в стальном гробу при таком подрыве — анрыл полный и окончательный.

Как это говорил герой одного старого фильма?

«Времена нынче суровые — соцдействительность!»

Она у нас хоть и не «соц», а все же — действительность. Точнее, реальность.

В которой, между прочим, такие вот сказочные случаи спасения совершенно не предусмотрены. Так что можете (с того света, разумеется) жаловаться. Кому? А кто вас сюда звал? Президент? Вот ему и жалуйтесь!

— Присаживайтесь, Джеймс, — хозяин кабинета указал вошедшему на стул. — Что у вас?

— Мы разобрали этот случай. Очень тщательно, даже провели реконструкцию всех событий на компьютере. — Гость был одет в форму вспомогательного корпуса и имел капитанские погоны. Хотя, глядя на него, вообразить принадлежность капитана к полицейским силам было совершенно невозможно. К армии — да, к спецслужбам — очень вероятно.