Кадетский корпус

Грамотно они меня на конфликт разводят, только вот зачем?

— Агван, я не герой, зачем ждать, когда Москалев с подручными придут меня бить? Представилась возможность наказать обидчиков, я ей и воспользовался, — отвечаю ровно, твердо, глядя прямо в глаза Банзарову.

— То есть ты не с классом? — подначил Баир.

Хмм… в чем тут заморочка? Будь это простые ребята, то можно было списать разговор на тупую агрессию, однако передо мной дети аристократов, будущие главы кланов и независимых родов. Интригу они впитали с молоком матери и если пошли на конфликт, то преследуют определенные цели.

Парни определенно, целенаправленно навязывают свою точку зрения. Какая основная парадигма? Дескать есть группа, если ты внутри ее, то мы тебя защищаем от внешних врагов, откажешься и рассчитывая только на себя.

Дилемма, однако! Выберу класс и возможно завтра придется отвечать за свои слова, если тот же Агван позовет драться против одной из параллелей. Отвечу, что мне плевать на принадлежность к группе и меня тут же подставят под подтягивающихся вэшников. Главное кто тут заказывает музыку? Банзаров хочет завербовать меня к себе как рядового бойца, или Никита Елагин надавил на ойрата? Только вот зачем им всем скромный Зяблик?

Елагин — лидер вэшников, к тому же сын воеводы Синегорска, а значит по определению имеет неслабую боевую подготовку.

Фамилия известная, с незапамятных времен служат Императору Всероссийскому и как правило в армии. Отпрыск такой семьи по традиции должен знать и уметь больше обычного школьника: ну там сын полка, каникулы в военной части, вместо секции борьбы занятия армейским рукопашным боем…

По идее это Никита, а не Петр Москалев, должен был первым проявить амбиции и претендовать на роль лидера первого курса.

Однако сыну воеводе не повезло, в корпус он поступил в гордом одиночестве, а попав в группу «В», столкнулся с дружной компанией лихих ребят. Слухи ходят разные, но все сходятся на том, что началось жестокое противостояние одиночки и целой банды. Однако, судя по всему, парни сумели договориться и сейчас все вместе внимательно слушают мою беседу с Агваном Банзаровым и Баиром Доржиевым.

— Мальчики, а чего вы пристали к Мише, он ведь только после лазарета, — неожиданно вмешалась в разговор Ивлева, — Дайте парню дух перевести!

— Катя, будь добра, не лезь в разговор между мужчинами, — небрежно отмахнулся от девушки Агван, не отрывая от меня требовательного взгляда, дескать отвечай.

— У нас Банзаров, чтобы ты знал, не средние века, и женщины и имеют равные права с мужчинами, — неожиданно полезла в бутылку Ивлева, — И я могу тебе на пальцах объяснить почему равноправие между полами правильнее архаичных понятий некоторых малых народов!

— Чего!?! — Баир явно не понимал, что вообще происходи.