Кадетский корпус

О нем мало говорили, но, судя по всему, занимался он участием в боевых операциях в качестве наемного мага и довольно успешно, по крайней мере пока не нарвался на противника сильнее. Мать осталось одна, финансовые дела рода держались на заработках главы семьи, а после его смерти пошли хуже некуда. И без того зависимые от Москалева, Болдыревы фактически превратились в их вечных должников.

Благородная фамилия не сразу пала так низко, такие вещи происходят незаметно, без грубого насилия, с улыбкой. Особенно если другая сторона умеет плести паутину интриг, а отец Петра это дело любил и умел! Он бескорыстно помог, когда у маленького Саши обнаружили проблему с суставами, клан оплатил дорогостоящую операцию, а безутешная женщина стала боготворить главу.

Потом пришли кредиторы, имение оказалось заложенным, и опять выручил Москалев.

Но теперь он сполна требовал за свою помощь, Сашка только догадывался, но кажется похотливый гад в свое время добивался благосклонности вдовы, а недавно получил свое, силой. Болдыревы хотели бороться, писать, обращаться к Императору, но мама слегла с раком, и судьба Сани оказалась в руках главы кланы.

Он выделил деньги на лечение и сейчас от парня зависела сколько проживет его единственный родной человек. Груз страшный, но маленький боец держался, и даже старался сохранить остатки родовой чести.

Пока Петр отлеживался в больничке, а потом и вовсе укатил домой зализывать свое раненое эго, Саня свободно вздохнул. Как же он ненавидел тупого, задиристого и при этом слабого одноклассника. Своей агрессией, грубыми приставаниями к девчонкам, а теперь еще и амбициям он постоянно провоцировал драки. Держать весь первый курс, вот же дебил, даже в классе не совладать с командой Агвана, а есть еще Бодаевский, Елагин… Ууу… придурок слишком много о себе возомнил.

Однако сердце подсказывало, что беззаботное время подходит к концу. На физ-ре Болдырева вызвали в жилой кампус, что могло случиться? У дверей стояла пара клановых бойцов, плохой признак. Неужели что-то с мамой? Саня уже подготовился к худшему, но в комнате сидел отец Петра, ненавистный глава клана Москалевых, упырь каких поискать. Мужчина по-хозяйски занял одну из кроватей и что-то листал в планшете.

Даже головой не повел, когда парень вошел в комнату, по-барски закончил дело, а потом изволил говорить.

— Садись, сынок, в ногах правды нет, — улыбнулся взрослый, но Саню эта показное радушие не обмануло.

— Здравствуйте, — вежливо поклонился он, присаживаясь на самый краешек стула.

— Ты помнишь кто оплатил твое лечение? — худшие ожидания Болдырева оправдались.

— Да, господин, это сделали вы, — только смирение и собачья преданность, по-другому нельзя иначе маме будет плохо, этот урок Саня усвоил навсегда.