Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

Значит, что-то у них с Соней тоже не ладно. — А теперь прошу меня извинить, срочное дело, — говорит и поспешно выскакивает из комнаты.

Ромка буянит на кухне, уже вовсю повышая свой голос. Ругаются. И прежде, чем я окончательно не наделал дел из-за всей этой дурной комедии, ухожу вслед за братом.

Чудовище мечется посреди кухни, бурно размахивая руками. Видно, что Соня ему устроила взбучку и за Веру, и за десятерых детей, за каждого в отдельности. И опять мне почти его жаль.

Рома нервно бросает телефон на стол, Соня прервала их разговор.

— Из-за тебя всё! — кидает он в меня свои обвинения.

— Можно подумать, я тебя звал!

В ответ брат лишь недовольно рычит.

— И вообще, что ты здесь делаешь?! — перехожу я к делу.

— Задницу твою спасаю! Ты какого ху… дожника Соболеву домой притащил, когда здесь Вера?! — отчитывает меня младший.

— Её здесь не должно было сегодня быть.

Рома закатывает глаза.

— Зашибись оправдание. А теперь подумай своей тупой башкой, что было бы с ней, не окажись я здесь.

— Разобрался бы, — упрямо гну своё.

— Три ха-ха, разобрался он. Стас, мне иногда кажется, что…

— Рома, отъебись от меня, а?! — срываюсь, не желая слушать очередную порцию его нотаций.

В глубокой юности мы могли с ним общаться исключительно на одних матах, потому что с братом по-другому порой нельзя было, ну не понимал он иначе. Но потом между нами был заключён пакт, согласно которому, кто первый прибегает к помощи великого и могучего, тот должен будет исполнить одно желание своего оппонента. А поскольку извращённой Ромкиной фантазии просто не было границ, я старался держаться. И вот, сорвался, второй раз почти за шесть лет.

— Вот! — воспряло духом это чудовище. — Вооооот.

И чуть ли не пританцовывая, выходит из кухни, мурлыкая себе под нос: «Желание, желаньице…».

Рома счастлив. Сияя как новенький пятак, он садится обратно к Вере под бок. А я опять на диване с Настей. Пытаюсь понять, с какой стати моя выстроенная и чёткая жизнь вдруг дала такой крен.

— Дамы, а вы не находите, какой прекрасный сегодня вечер? — продолжает веселиться брат.

До скрежета зубов сжимаю свою челюсть, чтобы не дать этой скотине в очередной раз за сегодня взять вверх надо мной. Успокаивает только то, что Вера его не слушает, сидит, уткнувшись в телефон. Зато Настя подозрительно интересуется:

— И чем же он прекрасен?

— Тем, что звёзды сошлись, — загадочно отвечают ей. Хорошо, что она не знает подтекста происходящего.

— Невероятные, — Рома настолько доволен собой, что у него и глаза блестят.

— Уймись, — приказываю ему.

Соболева недоумённо крутит головой, переводя свой взгляд с меня на брата и обратно. За те два года, что мы были с ней вместе, это была моя первая агрессия по отношению к родным.