Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

Для меня это была слишком сложная цепочка, и пока я пыталась понять, кто есть кто в этой истории, понимающе кивала головой, пытаясь собрать полученную информацию в кучу. А вот уже по окончанию жалостливо посмотрела на Стаса.

— Не поняла? — с безнадёгой в голосе уточнил Чернов. Он ещё со времён занятий экономикой должен был понять, что с логикой у меня напряг. — Так, ладно, поехали ещё раз. У меня есть отец. У отца есть друг и по совместительству его бывший начальник, дядя Витя… Это понятно?

Впрочем, понять мне было дано только на месте и то не сразу. Потому что первое, что со мной случилось, когда мы въехали на территорию огромного загородного участка, — я потеряла дар речи. Перед нами возвышался огромный дом… Хотя нет не дом, пусть будет усадьба. Русская усадьба с крыльцом, колоннами, огромными окнами, балкончиками и фиг знает, чем ещё. Я стояла задрав голову и открыв рот, судорожно соображая, не поздно ли ещё стянуть с себя свои красные колготки. Стас ободряюще приобнял меня сзади и поцеловал в затылок.

— Рот прикрой только, — уже не так романтично попросил он, после чего сам же хрюкнул. Попыталась двинуть ему локтём, но он уже знал, чего можно от меня ждать и успешно перехватил его. — Да ладно тебе, это нормально. Этот дом всегда такую реакцию вызывает. Видела бы ты нашу маму, когда мы сюда впервые приехали.

— Да? — удивляется Дамир. — А что было?

— Будь её воля, она бы нас связала и оставила бы где-нибудь за оградой, чтобы ничего не сломали.

— Саня могла, — Бероев кивает головой в знак подтверждения.

Так мы и оказались в гостях у достопочтимого семейства Борисовых.

Глава семейства, Борисов Виктор Мстиславович, являл собой огромного широкоплечего мужчину с наглой ухмылкой и пронзительным прищуром. По крайней мере, на нас со Стасом он посмотрел именно так. Зато комментировать моё присутствие никак не стал, хоть и было видно, что ему очень хотелось сказать что-нибудь едкое и саркастическое, но строгий взгляд его жены не позволял свершиться такой бестактности. Сама же Ольга Алексеевна, с видом истинной королевы, правда, к моему счастью не снежной, горячо приветствовала парней, расцеловав их в обе щеки, и с открытым радушием улыбнулась мне.

Я старалась держаться уверенно, всячески борясь со своим желанием спрятаться за спиной у Стаса. И это было тоже что-то совсем новое для меня, искать у кого-то защиты. Чернов ободряюще сжал мою руку и представил меня хозяевам, простым и ёмким:

Все тут же закивали головой, словно это должно было им что-то объяснить. Один лишь Виктор Мстиславович попытался что-то сказать, но опять вмешалась его супруга, величественно перехватив мою руку для рукопожатия. Мне как всегда оставалось только улыбаться и помалкивать.