Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

Оба варились в своих мыслях и тревогах, только мне, наверное, всё равно легче было, потому что я просто боялся, а у него ещё и воспоминания были, которые спустя десять лет, так или иначе, преследовали его. Брат никогда про них не говорил, но я всё равно знал, что они есть и терзают его при каждом подходящем случаи.

Чтобы сохранять хоть какое-то спокойствие, мне было необходимо за что-то зацепиться … И я тоже начал вспоминать… события последних дней.

Она вчера сидела и рассказывала всю эту историю, а у меня в глазах темнело от безнадёги. Никогда не предполагал, что могу так сильно кого-нибудь ненавидеть. Даже не ненавидеть… а тупо хотеть убить. И вчера это был вовсе не пафосный словесный оборот, а именно острое ничем не прикрытое желание. Я даже сам испугался, особенно, когда Вера призналась, что он ей всё ещё названивает. Наверное, всё-таки мне повезло, что Олег попался на глаза Дамиру, а не мне. Потому что у меня не было гарантии, что это закончилось чем-нибудь хорошим, окажись я с ним рядом.

Даже с Верой рядом быть не смог, настолько меня эмоции переполняли. Понимал, что поступаю неправильно, мне бы обнять её и поцеловать, заставляя забыть обо всём, но я так и не смог. Вдруг подумал, что случайно могу сделать больно. Я теперь вообще не знал, как подойти к ней, чтобы это не выглядело давлением или принуждением с моей стороны.

Утром подорвался ни свет, ни заря, чтобы привести Дамира, всё что угодно, лишь бы не оставаться с ней наедине. Пока ехал за город просчитывал варианты и поражался одной простой вещи. Он ей звонил. Она не сказала. Я не увидел. Тогда чем мы с ней занимались предыдущие три недели, если так и не смогли достигнуть главного — понимания? Ответ был на поверхности, и впервые за этот месяц он меня не устраивал. Я так упорно добивался её полного присутствия в своей жизни, что умудрился упустить что-то очень важное.

Дядя Витя встретил меня свой привычной ухмылкой.

— Даму свою где оставил?

— Ну-ну, — ехидно глянул он на меня. — Отец-то в курсе таких жизненных перемен?

— Я сам, — без настроения бурчу, а-то ведь ему не сложно позвонить и рассказать всё раньше времени.

А Борисов лишь довольно усмехается. Что-то его веселит во всей этой ситуации, но у меня нет ни сил, ни желания уточнять. Мне вчерашнего нашего разговора хватило.

В город возвращались в тишине. Дамир не спрашивал и никак не комментировал вчерашний вечер, пока я сам не сдался.

— А что тебе делать? — риторически повторил он за мной. — Ничего не делай. Люби её и наслаждайся этим.

— Он ей жизнь сломал.

— Что-то я не заметил, чтобы она сломленной выглядела, — покачал головой Дамир.

— Это потому что она молчит.

— Это потому что ты ей сказать не даёшь, — назидательным тоном уточняет брат.

Из-за чего я опять неудачно вхожу в порот.