Конан-варвар. Продолжения западных авторов Классической саги. Книги 1-47

Еще сохранились легенды о том страшном убийстве, о том, как играл лунный свет на крови, до краев заполнившей яму…

Но на другой же день исчезли все жрецы Йога с их остро подточенными зубами, знавшими вкус человечины! В том числе Иерарх! И до нового восхода луны не удавалось обнаружить ни малейшего следа!.. Но потом в той самой яме нашли их скелеты. Скелеты, лишенные плоти, но сохранившие облачения из перьев и увешанные харийскими драгоценностями… Страшна была месть Таргола, воистину страшна, но… бесплодна. Его замбулийский храм впал в запустение, а йогитское священство мало-помалу вновь возродилось. Авторы исторических трудов сходятся на том, что Таргол до сих пор держит зуб на Йога и подобных ему, но обе стороны прежде уклонялись от прямых столкновений. Вот Балберот, по-видимому, и попался…

– Я слышал, никто не может заглянуть в лицо богу и сохранить жизнь… – торжественно заявил Кейлаш. – А с нами именно это и произошло!

– Может, и так, друг горец, а может, и нет, – загадочно ответствовал мигрант. – О Тарголе вообще известно немногое, а что касается Его внешности – и подавно. Многие богословы, однако, упоминают о том, что Ему подвластны стихии Земли и Огня. Решусь предположить, что бронзовый исполин, которого мы видели, – всего лишь изображение, созданное и оживленное Тарголом нарочно для этой цели. Как я уже говорил, боги предпочитают избегать открытого вмешательства. Вот, например, Конан, твой Кром…

– Не время нас просвещать, жрец, – перебил Конан и нетерпеливо переступил с ноги на ногу. – И потом, все, что мне когда-либо хотелось знать о Кроме, я и так уже знаю. Пока мы тут стоим и чешем языками, наши шансы отыскать хренову жрицу убывают все больше! У нас дело есть, между прочим!..

И он метнул на Кейлаша смертоубийственный взгляд, предупреждая, чтобы тот не смел задавать жрецу дальнейших вопросов.

– Да, да… – согласился с киммерийцем Мадезус. – Ты прав, конечно. Наше дело не завершено… Напротив, оно только стало трудней. Необходимо последовать за жрицей в Шан-и-Сорх, где она теперь укрывается. Нам предстоит проехать множество лиг, и притом через пустыни восточного Шема. Это займет больше месяца, даже если верхом…

– Больше месяца!.. – с отчаянием повторил Кейлаш.

– Причем гораздо больше, – хмуро вставил Конан. – Потому что только головой ушибленный потащит туда с собой лошадь. В шемитской пустыне не выживет даже верблюд! Мы можем доехать до южных границ Хаурана, но дальше – только пешком! – И он тяжело покачал головой, припоминая: – Несколько лет назад я разговорился в таверне со старым немедийским рубакой… Он когда-то ездил аж в Сабатею, – это такой шемитский город у Тайанских гор, немного западнее Шан-и-Сорха.