Ледяной палач

С почтой произошла заминка, как и в домашнем компьютере, там я ничего не нашел. Но это в той почте, которая у Проппа была официальной. То есть для всех.

– А что, у него еще и неофициальная почта была? Это как?

– Так, что об этой почте знал только он, – пояснил техник. – И пользовался ею Пропп с единственной целью – для переписки с женщиной.

– Оказывается, наш дантист был не так прост, как о нем все говорят, – покачал удивленно головой Гуров.

– Я не сразу догадался, что может быть еще одна почта, – продолжил компьютерщик, – но потом все же решил проверить.

И оказался прав. Официальные е-мейлы у него были на «Яндексе» и «Мейле», а вот еще один – на «Джимейл». Еле нашел. Но туда нужно было еще войти. Тогда я и подумал, что логин и пароль на вход надо искать среди вот этого всего, и оказался прав. Вот они, – Сергей протянул Гурову две карты из колоды. – Логин записан на короле крестей, а пароль – на даме крестей. И хранил он их в разных местах. Шифровался, значит. Только вот неясно зачем. Не надеялся на свою память?

– Может, и так, – нахмурив брови, задумчиво ответил Лев Иванович.

 – А может, и специально. Для того чтобы если вдруг с ним что-то случится, то в полиции такие умники, как мы, смогли войти в его компьютер и узнать все его секреты.

– А в чем секрет-то? В том, что он втайне переписывался с дамой? – не понял техник. – Хотя переписка, скажу я вам, довольно интересная.

– Да? Тогда открывай и посмотрим, что они там друг другу писали.

– Сейчас открою, – пообещал Сергей. – Но вначале хочу показать вам несколько интересных фотографий. Я почему обратил на них внимание? Потому что они из общего множества фото зубного врача – рентгеновских снимков зубов и челюстей – весьма выбивались своей… Впрочем, смотрите сами.

Сергей открыл какую-то папку, где было много разных фотографий, которые действительно были рентгеновскими снимками зубов и челюстей, и, пролистав, выделил из них три, которые и вывел на рабочий стол. На фотографиях была изображена миловидная женщина лет тридцати двух – тридцати пяти и, как отметил про себя Лев Иванович, с загадочной улыбкой Джоконды в уголках губ.

Светло-русые волосы, серые миндалевидные глаза, правильной формы небольшой нос – женщина смотрела на камеру, а вернее, на того, кто ее снимал, с какой-то грустью, но одновременно, как показалось полковнику, с обожанием. По фотографии, а вернее по тому, как она была сделана, было видно, что и тот, кто снимал женщину, явно симпатизирует ей. Женщина стояла на фоне дома, где жил Пропп, и этот факт сразу же привлек внимание Гурова.

«Интересно, кем она приходится Проппу? – подумал Лев Иванович.