Ледяной палач

К нему быстрым шагом подошел один из криминалистов, тот самый Евгений, который накануне занимался обыском машины Проппа.

– Лев Иванович, – парень протянул Гурову стопку бумаг. – Тут все отчеты по вчерашнему обыску. Посмотрите.

– А если коротко? – Лев Иванович выжидательно посмотрел на криминалиста.

– Если коротко, то в багажнике выявлены небольшие пятна крови, которые, если судить по группе и резус-фактору, могут принадлежать двум людям – Проппу и кому-то еще. Но не убитой девушке. У той – первая группа, а найденные следы относятся к четвертой отрицательной – очень редкой, кстати.

– Слушай, будь другом! – Лев Иванович быстро сориентировался в ситуации и понял, что кровь, найденная в багажнике, могла принадлежать кому-то из убийц. – Посмотри в данных на Котелкова и Шершенева – может, у кого-то из них такая же группа? И перезвони мне.

– Да, я же не договорил, – Евгений откашлялся. – В комнатах у Проппа – все чисто. Это можно списать или на то, что там делали уборку, или на то, что если там кто-то и был, то он позаботился, чтобы не оставлять следов. Но! – Криминалист сделал многозначительную паузу и, посмотрев на Гурова, продолжил: – В одной из рубашек Проппа – из тех, которые висели в гардеробной – нашли в кармашке записку, бумажка была свернута в маленькую трубочку.

Вернее, даже не записку, а номер телефона. И положил ее туда уж точно не сам Пропп.

– Даже так! – Гуров весь обратился во внимание. – Говори.

– Отпечатки пальцев смазанные и не поддаются определению. Но если судить по их размерам, то эту бумажку положила женщина. Кстати, наши криминалисты подтверждают, что почерк, каким были записаны цифры телефона, тоже принадлежит женщине.

– Ага, все сводится к банальному «шерше ля фам», – кивнул Гуров. – Что ж, будем искать женщину. Кстати, вроде были еще какие-то подозрительные следы в ванной. Сток проверяли?

– Там все чисто, – ответил Евгений. – Темный след – это ржавчина. Если Проппа и застрелили, то точно не у него дома. Кровь в багажнике хотя и его, но, по заверению спецов, скорее из носа, чем из артерии. Что не скажешь о втором, незнакомом следе – там кровь, скорее всего, из раны. Может, кто-то из убийц руку поранил?

– Может, и так.

Ладно, если что, я в кабинете. Как что-нибудь узнаешь, так сразу по внутреннему телефону звони и докладывай.

Криминалист ушел, а Лев Иванович открыл наконец-то двери кабинета. Черепанов стоял у приоткрытой форточки и курил, а Варежкин читал какие-то документы.

– Вот, на тебе, потом еще и это почитаешь, – протянул ему отчеты криминалистов Гуров. – Новостей у нас хоть лопатой греби, а толку пока мало, – ответил он на вопросительный взгляд Варежкина. – Но это все – потом.