Ледяной палач
Сюда же можно добавить кровь Кота в багажнике машины, принадлежащей дантисту, и пистолет, из которого застрелили собаку и Проппа.
– Кстати, им же, на основании свидетельских показаний, можно вменить и убийство Ащеуловой, – добавил Антон Варежкин. – Я просмотрел, пока ждал Рената, некоторые отчеты криминалистов и нашел кое-какие совпадения. Например, на подушке из машины Проппа был найден след ДНК Елены Ащеуловой. Слюна попала на ткань думки, когда ее прижимали к лицу девушки во время удушения. Это – первое. Второе – шерстинка от лохматого свитера Шершенева, частицу пуха с которого нашли в носу Ащеуловой.
– Да и колечко от пирсинга, которое нашли в машине, – добавил криминалист Евгений, – тоже говорит о том, что ее перевозили в той же машине, что и Проппа.
– А мы нашли и второе колечко, – неожиданно для Сладкова и Варежкина заявил Лев Иванович торжествующим голосом.
– Где? – хором спросили они.
– Нам просто повезло, – улыбнулся Гуров. – Нашли его прямо возле крылечка корпуса, в котором, по утверждению Черепанова, жил Москвин, когда делал снежные фигуры и заметал, так сказать, следы преступления.
– Отличная новость! – обрадовался Антон. – Значит, у нас есть улики и против Москвина? И Черепанов его узнал, и баллончик нашли, и колечко…
– Не торопи события, Антон, – остановил восторги молодого оперативника Гуров. – Это пока что только косвенные улики. Вот если на баллоне или в номере найдут четкие отпечатки пальцев Москвина, тогда еще можно говорить о том, чтобы предъявить ему обвинения.
– Надо нажать на Кота и на Шеста, расколоть их, – не сдавался Антон.
– Если с Котелковым и Шершеневым нам все ясно, – не обращая внимания на ворчание Варежкина, начал рассуждать Гуров, – то с Патрушевой и Москвиным, как с заказчиками убийства, все не так просто. Улик у нас на них маловато. Нет веских доказательств и того, что им выгодно было убрать Проппа.















