Ледяной палач
Все облегченно рассмеялись и принялись поздравлять друг друга с праздником…
Утром Гурова разбудил звонок сотового. За окном было еще темно, и, чтобы не разбудить Марию, он быстро выскользнул из постели и, прихватив телефон, направился на кухню. Звонил Орлов.
– Тебе чего не спится? Коньяк не зашел? – сонно спросил Лев Иванович. – Рано ведь еще.
– Это тебе рано, – буркнул в ответ начальник.
Гуров по голосу Петра Николаевича почувствовал, что Орлов сейчас больше начальник, чем друг и товарищ, а поэтому уже серьезно спросил:
– Черт бы побрал этого Крячко с его предчувствиями, – ответил генерал.
Тот, словно бы только и ждал этого звонка, сразу же ответил шепотом:
– Да я и сам еще ничего не знаю, – ответил Гуров. – Петр только что позвонил и велел к нему подъехать.
– Половина седьмого, – так же шепотом ответил Крячко. – Во сколько тебя ждать? Кофе-то хоть выпить успею?
– Пей, – снисходительно позволил Лев Иванович. – Я и сам еще неумытый, неодетый и непроснувшийся. Не раньше чем через полчаса к тебе доберусь.
– И то радость, – усмехнулся Станислав и дал отбой.
– Ты чего тут с утра пораньше по телефону шушукаешься в темноте? – На кухню вошла Мария, включила свет и села рядом с мужем. – У твоего Крячко предчувствия сбылись?
– Сбылись, – усмехнулся Лев Иванович.
– М-м-м, Суздаль… – мечтательно улыбнулась Мария. – Красивый городок. Помнишь, мы как-то в нем с тобой побывали. Давно, правда, это было.
– Вот, похоже, что теперь без тебя буду всеми достопримечательностями любоваться, – нахмурился Гуров. – Если время на это, конечно, будет.
– Иди умывайся, одевайся. Я тебе кофе поставлю да в дорогу что-нибудь соберу, – встала со стула Мария.
– Много не нужно. Термос с крепким чаем лучше приготовь.
– Вот и будете с Крячко доедать, что вчера не съели, – рассмеялась жена, подталкивая Льва Ивановича к выходу из кухни.
В половине восьмого оба оперативника уже стояли в кабинете Орлова. День был нерабочий, а потому секретарши на месте не оказалось, да и вообще народу, кроме дежурных, в управлении никого не наблюдалось.
– Чего встали как пни, садитесь, – Орлов кивнул на стулья.















