Лёд и пламя

Однако мне не хотелось предавать первоначальный план, поэтому, после недолгой внутренней борьбы, появился компромисс. Я окончательно решил, что шланг в окно мы, всё-таки, вставим и начнём качать бензин в здание. Но после включения насоса, быстро уматываем от кирхи подальше. Если бензовоз взорвётся раньше, чем выкачается весь бензин, то так тому и быть. Всё равно, какое-то количество топлива попадёт в здание, и после взрыва там всё выгорит. Если же взрыва не будет, и весь бензин попадёт внутрь кирхи, то его пары сдетонируют даже от выстрелов самих финнов.

А если и мы добавим туда огоньку, то ад для чухонцев начнётся уже здесь, и мы достойно отомстим за гибель наших братьев из 163 дивизии.

Все эти размышления длились очень недолго, по крайней мере, к тому времени, когда двигатель прогрелся, весь план был готов и утверждён моим внутренним цензором. Больше меня не мучили никакие сомнения, цель была ясна, оставалось только воплотить её в жизнь. Тронулся я очень резко. Во-первых, на таких автомобилях я ещё не ездил, а во-вторых, мой организм всё ещё был доверху залит адреналином.

К стене кирхи я подъехал минуты через три, встал к ней вплотную, так, что выбираться из кабины нужно было через пассажирскую дверь.

Первым выбрался Шерхан, он залез на крышу кабины и, уже оттуда, всунул шланг в верхнее окошко кирхи. После этого, я включил насос, и мы с ним бегом, не пригибаясь, бросились бежать в ту сторону, откуда приехали. О возможных пулях нам в спину никто уже не думал, мысль была только одна – быстрей свалить от этого передвижного крематория.

Слава Богу, в нашу сторону никто не стрелял. Когда мы подъехали к кирхе, финны, наверное, услышали приближающийся рёв нашего двигателя.

И, чтобы отвлечь внимание русских от нас, многократно усилили обстрел обложившего их взвода моей роты. Наши, в ответ, тоже усилили огонь, и стреляли они только по незакрытому дымом фасаду здания. Одним словом, финны, как лемминги, делали всё, чтобы ускорить свою гибель.

Отбежав метров на пятьдесят, я, наконец, увидел Шерхана. Парень оказался быстрее, опередив меня в этом спринте, теперь он стоял, ожидая, когда я добегу до него. Встретившись, мы, уже вместе, пригибаясь, направились на край площади.

Уже оттуда, укрываясь за стоящими торговыми ларьками, перебежками, двинулись в сторону, периодически гавкающей снарядными очередями, нашей пушки.

Когда, выбравшись из-за дымовой завесы, мы подбежали к очередному ларьку, чтобы укрыться от обстрела за его стенами, то там наткнулись на двух наших бойцов. Один из красноармейцев был ранен, но всё равно продолжал вести огонь по штабу финнов. Я стал выспрашивать у ребят, как тут обстоят дела, и где находится командир группы.