Лёд и пламя

И действительно, в течение двадцати минут мы с Шерханом доехали до столь интересующего меня дерева. В нём, и, правда, было дупло, и там был установлен обычный полевой телефон, с вертушкой для зарядки аккумулятора. Да! Мой безумный, авантюрный план начинал обрастать необходимыми условиями для начала его реализации. Увидев этот телефон, я возбудился до неимоверности. Чтобы как-то охладить свой пыл и успокоиться, решил внимательно обследовать район предполагаемого прохода через укрепрайон. Нужно было постараться запомнить местность вдоль прохода, чтобы хоть немного ориентироваться ночью.

Буквально минут через пять, после того, как я в бинокль начал всё осматривать, километрах в трех, ну от силы в четырёх от нас я разглядел гаубичную 120-мм четырёхорудийную батарею. Меня снова прошиб холодный пот от предательского, липкого ощущения жуткого страха. Вокруг орудий суетилось довольно много людей. Не очень далеко от пушек стояли тракторные тягачи. Точно такие же я видел недалеко от холма, который находился ближе к нашему правому флангу.

— Чёрт возьми, — сверкнуло в моей голове, — это же пушки по нашу душу. Их специально пригнали на этот участок фронта, чтобы они с говном смешали весь наш батальон. Эти коварные прощелыги полностью уверены, что мы сломя голову бросимся занимать оставленные позиции, и вот тут- то наступит их звёздный час. Тяжёлыми орудиями финны просто перепохают всё это предполье до состояния огородной грядки. Тем более, все координаты блиндажей, где можно спрятаться от холода, им известны, и всё предполье на расстоянии километров семи от этого места, наверняка, пристреляно.

Было ясно, что орудия были перевезены на эти позиции совершенно недавно и пробудут здесь недолго. Ну не могли в таком серьёзном, как этот укрепрайон, находится орудия без железобетонного колпака над ними. Время жизни таких батарей исчислялось бы часами. То есть, временем, которое было нужно, чтобы подтащить к этому месту наши артиллерийские батареи, или тяжёлые миномёты. А для авиации, это была, вообще, детская цель, в первый бы заход самолётов от этих батарей осталось бы мокрое место. Значит, вывод был один – наш батальон так достал финнов, что они, любым путём, решили его уничтожить. Им необходимо было срочно поднять дух своих войск, продемонстрировав – вот, что, мол, бывает с теми, кто покусился на национального героя Финляндии.

Больше ничего не рассматривая, я сорвался с места и крикнул Шерхану:

— Наиль, ноги – в руки и, быстро сваливаем к себе в роту!

И в темпе покатил по своей же лыжне – обратно в расположение роты. Время было уже 7-55, и я боялся, что финны с минуты на минуту могут начать обстрел наших позиций. Окопы и блиндажи моей роты находились в пределах досягаемости этих крупнокалиберных орудий.