Магнат. Его личная игрушка

По уши в сделках, график забит, очень много переговоров. Я с огромным трудом выделил три дня на Турцию со своим загруженным расписанием.

Так, всё, решено. Никакой больше княжны в моей голове. Вычеркиваю также, как и её сестру. Думаю, что и Тамине достаточно игр в месть. Хотя к ней все же стоит приставить человека, пусть понаблюдает. Чтобы к Андрею больше не лезла. Пожалуй, за это даже стоит заплатить.

Интересно, возьмет она деньги?

Во всяком случае, уж точно княжна не похожа на сестру в очарованности мной.

Недвусмысленно дала понять что мои приставания приравнивает к сексуальному насилию.

Никогда не думал, что могу взять женщину против ее воли, но в этот вечер был в миллиметре от черты где начинается уголовный кодекс. Правда чуть позже, когда начал её касаться, гладить между ног, она отвечала мне. Во всяком случае, ее тело определенно отвечало на мои прикосновения совсем не отвращением.

Надо перестать думать об этом, выкинуть из головы. В мире слишком много баб, чтобы зацикливаться на одной.

— Ой, да ладно, забей подруга, олигархи звери непредсказуемые, это я тебе как профи говорю, — фыркает Марина, внимательно разглядывая меня. — Мало ли что им в голову взбрело. Ну решили уехать, мало ли, дела какие появились. Это не повод лишать нас удовольствий.

Мне дико стыдно перед Мариной, которая довольно сильно удивилась, что мы остались на яхте в чисто женской компании. Стыдно, что знаю правду, но не озвучиваю ее. Молчу как партизан, она же меня еще и утешает!

Полночи я снова и снова набирала Соколову, и сейчас продолжаю это делать. Но он выключил телефон… Только бы с ним ничего не случилось! Не прощу себе, если Андрей пострадает. Пьяный, как он вообще способен катером управлять?

Тем более не простит Абрамов, если с его братом что-то случится. В порошок меня сотрёт…

— Что-то ты уж больно бледная, детка. И к еде не притронулась, — произносит Марина с искренней заботой.

— Я очень хочу на берег, — с трудом держу себя в руках чтобы не расплакаться. — Долго нам еще плавать? Ведь не хотела ехать, почему дала себя убедить?

— Так, ты правда ничего не хочешь мне рассказать? — собеседница оглядывает меня еще более внимательно. — Хотя, можешь не говорить, все и так ясно.

— Что ясно? — переспрашиваю нервно.

— Ой, я тебя умоляю! Что поругались вы. Все утро в телефон пялишься. Зря ты так. Отойдет, подумает немного и вернется. Поверь мне. Видела, как он на тебя смотрел. Словно сожрать хочет.

— Тамина, да что с тобой? Про Андрея говорю. О ком еще?

Чувствую как к щекам приливает жар. «Сожрать» — у меня это слово вызвало четкую ассоциацию с Абрамовым. Еще не хватало, чтобы Марина догадалась, что я о ее мужчине думаю.