Моя по всем статьям

Время летело так быстро, что я не успела заметить, как три недели до свадьбы превратились в три дня. С самого утра мы с дочерью отправились штурмовать магазины. Лента для волос, белоснежные маленькие туфельки и, конечно же, маленькое свадебное платье. Мы втроём и самые близкие люди. Хотелось, чтобы этот день стал по-настоящему особенным. Нашим.

– …большие связи, – услышала я, открыв дверь в квартиру. Голос показался мне знакомым. – Ты не сможешь ничего сделать.

– Эта чёртова система давно прогнила, – Рихард был не в духе.

С утра он уехал на какую-то встречу. Подвёз нас до центра, всучил карточку и сказал, чтобы мы ни в чём себе не отказывали. Ничего определённого по поводу того, когда вернётся, он мне не сказал. Честно говоря, я не ожидала застать его дома.

Голоса приближались.

– Сразу было понятно, чем кончится дело.

Яков. Это точно был он. Рихард мог бы и предупредить, что они приедут. Не успела я подумать об этом, муж Мирославы вышел в коридор.

– Этот сукин сын… – за ним появился и Ард. Увидел меня и замолчал. Осмотрел с головы до ног, перевёл взгляд на Алису и опять на меня.

– Простите, если помешали, – поставила пакет на тумбу. – То же могу сказать про тебя.

Выглядел он мрачным и крайне раздосадованным. Глаза гневно блестели. Яков был не многим лучше. Не знаю, что там у них случилось – лезть с расспросами, пока Яков тут, я не хотела. Рихард стиснул челюсти. Мне показалось, что он как-то странно напряжён, что смотрит он на нас тоже как-то странно. Нет, не на нас – на меня.

– Я поеду, – прервал повисшее молчание Яков. – Обещал Мире быть пораньше. Не горячись, Ард. Этим ты ничего не изменишь.

– Именно сейчас это некстати. Чёрт бы его побрал.

Я помогла снять Алисе сандалии, разулась сама и повела её в комнату. Ощущение было, что при мне эти двое говорить не хотят. Стало неприятно. Не из-за того, что Рихард, как всегда, не считал нужным делиться со мной, а из-за чувства, что от меня что-то скрывают. Первый раз оно появилось в тот день, когда мы ходили в цирк. Во время нашего разговора после представления. Тогда оно было таким невесомым, что я почти не обратила на него внимания. Почти. Потом появлялось лёгкой дымкой ещё пару раз. А вот сейчас… Не закрывая дверь спальни, я прислушалась.

– … сейчас это уже ничего не меняет.

– Тем более. Всё, давай. Обещал Мире быть пораньше.

Вслед за ещё несколькими ничего не значащими фразами раздался хлопок двери. В квартире стало тихо. Только Алиса шуршала обёрткой от коробочки с набором для лепки. Пластилин интересовал её куда больше взрослых разговоров. Скорее всего, я просто накручивала себя. Последние месяцы я жила в постоянном страхе, постоянном ожидании. Ещё и свадьба. Я ждала этого дня так давно… Ждала, потом перестала ждать и верить, а теперь опять.