Мы снова дома

— Способны-то способны, — проворчал старый еврей, — но для этого пилотом должен быть обученный мастер пространств, а таковых у нас пока двое — Кхалит и Виталий. Талызины обучатся только лет через пятнадцать-двадцать, если не спешить. Хотя на корхайском фрегате срок обучения сократится вдвое, у них будет постоянный доступ на сегментную станцию, куда бы они ни залетели.

— По поводу одаренных, — пристально посмотрел на него наместник. — А разве на Арде не удалось никого найти?

— Нашли, но это оказались махровые эгоисты, — ответил вместо Гусмана Таорай. — Нам такие и на понюшку табака не нужны, эгоистам подобных знаний доверять нельзя, иначе такого наворотят, что никому мало не покажется. У многих ардовских детей в интернатах имеются проблески дара, но слабые. Так, например, дроу из семьи Талызиных могла до изменения в артефакте зажигать огонь и другие мелочи, но пространственного дара не имела. Сейчас ученые исследуют артефакт Ортар и ищут их пространственный комплекс, в который должно было перенести детей, но далеко не факт, что он еще существует.

— Ясно, — кивнул Николай Александрович. — Тогда поступим так. Дети пусть досдают экзамены, после чего отправьте их на сегментную станцию, к Лао-Цзы и Кхалит, пусть им внедряд импланты и проведут первичное обучение. После чего пусть летят в Поиск на корхайском фрегате, но с активированным телепортом, чтобы могли продолжать обучение, вне зависимости от того, где находятся. Есть у меня ощущение, что они обязательно еще что-то важное найдут, неспроста именно они обнаружили орхайский артефакт. Также попытайтесь проводить через этот артефакт других детей, особенно одаренных, это может дать нам еще какое-то количество мастеров пространства.

— Это если удастся этот артефакт активировать снова, — возразил профессор Корвинт. — Пока что он выглядит полностью мертвым. Туда отправились Кхалит с Виталием, возможно, они смогут что-то выяснить, все-таки мастера пространства, способны уловить то, что наша аппаратура не уловит.

— Если что-то станет известно, уведомьте меня, — попросил наместник. — Перейдем к другим делам. Планетологическая служба?

— В этой реальности пригодных для жизни планет в несколько раз больше, чем в нашей, на данный момент я уже могу утверждать это со всей ответственностью, — откашлявшись, заговорил Николай Иванович Доридзе, главный планетолог империи. — Во многих ни к чему не пригодных у нас системах обнаружены живые планеты, причем однозначно подвергнутые в прошлом терраформированию. Серьезному терраформированию! Биосфера на них явно искусственная и полностью подобна земной, даже виды животных и растений те же, разве что немного изменившиеся за время самостоятельного развития.