Мы снова дома

А вот Витька почему-то запал русоволосой красавице в душу, поэтому она, разобравшись в себе, пришла к Семеновым и попросилась в их семью. Девушки долго сомневались, помнили какая Алесия сволочь, но все же решили рискнуть и позволили.

Затем к ним присоединились освобожденные в Рангайне рабыни. Точнее, девушки привели их и заявили, что они тоже отныне входят в семью. Витька был совсем не против, Белая Луна, Пасая, Гарха и Даара были очень привлекательны и сильно ему нравились. Последней присоединилась подруга гномы Аралиды, вышедшей замуж за десантника Сергея, с которым вместе освобождали рабынь. Тоже гнома, причем знатного рода. Чем ей так понравился Витька? Трудно сказать, на вопросы Тархада не отвечала, только загадочно улыбалась. Аралида привела ее, отрекомендовала, и та без какого-либо стеснения заявила, что хочет стать двенадцатой женой хозяина дома, вызвав тем самым немалое удивление остальных девушек. Они утащили гному с собой, поговорить, а вернувшись заявили, что согласны. Витька только вздохнул и пожал плечами. Тархада быстро вошла в курс дел семьи и вскоре стала незаменимой помощницей молодого мастера пространства.

Леночка с Кэргынавыт продолжали летать на «Колибри», взяв оператором сканеров Фалариэль. Их уговаривали пересесть на корабль побольше, но девушки отказывались — привыкли к своему малышу. Витька довольно много занимался работой мастера пространства. Но большей частью учился — уровень знаний, необходимый для его профессии, пугал.

За прошедшие годы каждая жена родила ему по двое детей, а Кхалит и Фалариэль по трое. В итоге их дом на острове Фламинго порой походил на бедлам, и сам хозяин старался там не слишком часто появляться. У него от детского мельтешения голова кругом шла. В семь лет дети отправлялись по интернатам, так было принято в империи, ведь именно в интернатах растили коммунаров. И дети имперцев сами стремились туда, не желая оставаться дома.

Еще раз посмотрев на Игоря и его девчат, Витька покачал головой — рисковый парень, ох, и рисковый же. Тридцать две жены! Это же с ума сойти можно. А что будет, когда они родят по двое-трое детей? Вот тогда и наступит основное «веселье». Но это его дело, впрочем. Он вспомнил, как привез своих родителей из Вышнего Волочка на Арду, чтобы познакомить с невестками и внуками, и едва не захихикал. Выражение лиц мамы с папой стоило того, чтобы его запомнить. Но Людмила Николаевна, бывшая воспитательница детского сада, твердо решила перебраться на Фламинго, чтобы помогать в воспитании малышей. Иван Александрович спорить с женой не стал, но смотрел на сына, как на самоубийцу — он и с одной-то иногда не знал, что делать, а тут двенадцать. Но Витька по сравнению с Игорем Талызиным слаб и мал. Он бы не рискнул связаться со столькими девушками.