Неожиданный наследник-3

Только я затребовал у секретарей доклад генерала Романиуса, проводившего проверку Донской земли, и погрузился в чтение. Что можно сказать? Царский ревизор вскрыл столько нарушений, что аж страшно. И это форпост России, от которого многое зависит в предстоящей войне? Мы здесь усиленно к ней готовимся, а кто-то расхищает войсковое и государственное имущество!

— Что думаешь, Степан Иванович?

Разговор с главой Тайной экспедиции состоялся на следующий день после приезда. Весь день я принимал делегации восторженных казаков, счастливых от посещения их земли самим императором. Была в происходящем некая наигранность. Депутаты были строго из старшин и низовых казаков, тесно связанных с Ефремовым. Обычных станичников, даже старост ко мне на приём не допустили. Я же смотрел на происходящее и внутренне ухмылялся. Неужели меня здесь держат за дурачка?

Мне уже известно, что Ефремов даже не думал начинать подготовку к предстоящей кампании с Портой. Атаману всего лишь надо было подготовить магазины для приёма провизии и иных припасов. И строить склады надо начинать сейчас, ведь часть припасов поступит уже осенью. В следующем году командующий войском обязан начать формировать и готовить полки. Для того я и приказал начать снабжение Дона, чтобы заранее отвлечь людей от пахоты, выделив им компенсацию зерном, деньгами и амуницией. Вернее, всем этим занимается присланный интендант, который тоже написал весьма нелицеприятный доклад на Степана Даниловича.

— Здесь двух мнений быть не может. Даже если слухи о сношениях Ефремова с кумыкским князем — ложь, то доказательств его вины хватает. Денег украдено немало, ещё и нанесён ущерб засечным линиям.

— Нам известно, что атаман находится в переписке с князем Темиром, владеющим селением Эндери. А это известный центр работорговли.

С трудом давлю вспышку ненависти и впиваюсь пальцами в ручки кресла. Но понимаю, что просто так не успокоюсь. Уж больно я ненавижу работорговцев. Поэтому закрываю глаза и делаю мыслительную гимнастику, которой меня научил Майор. Иногда мне удаётся сразу обуздать гнев, но сегодня действо затянулось. Открываю глаза и смотрю на невозмутимого Шешковского. Глава экспедиции знает про мою борьбу с гневом, потому и не удивлён.

— Я правильно понял ваш намёк, граф? — произношу спокойным тоном.

— Не совсем. У нас нет доказательств связи атамана с людоловами. Только есть удивительные совпадения, когда несколько отрядов, направлявшихся в Кизляр, просто пропали или подверглись нападению шамхальцев. Я бы не стал заострять внимание именно на этом, ведь у Ефремова хватает иных грехов.