Неожиданный наследник-3

Ещё каждый из приглашённых прибыл с адъютантом, которые должны записывать главные посылы и помогать отвечать на мои вопросы. Хотя есть секретари из канцелярии, в чьи обязанности входит вести протокол и помогать с поиском нужных сведений.

А обсудить нам есть чего. Ведь сегодня речь пойдёт о реформе русской армии. Если рассуждать здраво, то это наиболее сильное ведомство империи. России действительно есть чем гордиться, и это касается не только стойкости солдат или таланта полководцев! Но всегда есть, что улучшить. К тому же скоро война, и нам необходимо выработать порядок действия с полководцами, которые должны её выиграть. С наименьшими потерями, конечно.

Поэтому у нас такой расширенный состав участников. Справа от меня расположились глава Военной коллегии Салтыков и генерал-аншеф Румянцев, который сейчас является губернатором Малороссии. По левую руку сел канцлер Иван Чернышёв с братом, бывшим президентом коллегии, что вызвало явное неудовольствие Салтыкова. Моё решение пригласить Захария Григорьевича на заседание вполне логично и не связано с интригами. Человек он разумный и руководил ведомством весьма успешно. Поэтому глупо отказываться от его советов, тем более что сейчас он генерал-губернатор столицы, имеющий отношение к армии. Следом расположился президент Адмиралтейств-коллегии Талызин и адмирал Спиридов, назначенный командующим Балтийским флотом. С моряками всё сложнее, и вскоре у нас будет отдельное заседание, касающееся флотских дел.

Также за столом сидели главы Камер-коллегии Щербатов и Медицин-коллегии Крузе, московский губернатор Еропкин, генерал-инспектор Вяземский, генерал-фельдцейхмейстер Вильбоа, командующий Измайловским полком Пётр Голицын, генерал-аншеф Пётр Панин, генерал-адъютант Александр Голицын, которого не надо путать с обер-прокурором. Ещё на совет был вызван генерал-аншеф Василий Долгоруков, только его уже нельзя путать с однофамильцем-мятежником. Самым младшим чином из присутствующих являлся генерал-майор Иван Салтыков. Но его пригласил Румянцев, под командованием которого он служил, а не отец.

Понятно, что в зале находился Теплов, получивший от меня хорошего нагоняя за историю с Хитрово. Но глава канцелярии даже не думал раскаиваться. По его мнению, молодому мужчине, коим я являюсь, просто необходима женщина, для здоровья духовного и телесного. Так и выразился, стервец, преданно глядя мне в глаза. И что прикажете делать? Наказывать чиновника за то, что он заботится о здоровье императора? И я знаю точно, что протеже Шувалова секретарь ко мне не допустил бы. Уж очень у него сложные отношения с обер-камергером. Значит, интрига гораздо глубже, и за Анной Алексеевной может стоять другая группировка.