Неожиданный наследник-3

Ревизия на многих складах уже началась, и даже поверхностная проверка показала просто чудовищные нарушения. В этом деле я не собираюсь никого миловать, и многие головы полетят уже скоро. Забавно, но даже Вяземский с Шешковским, не приемлющих казнокрадство, удивились моему предложению казнить самых отъявленных расхитителей. Мол, такого никогда не было, и людей обычно просто отправляли в ссылку. Вернее, хитрецам удавалось договориться, и частенько они просто уходили в отставку, даже без конфискации. Я согласился, что пока лучше не зверствовать, но в военное время в силу вступит более жёсткий закон. Кстати, генералы полностью подержали мои идеи, хотя многие из них сами не прочь запустить руку в армейскую казну. Но интендантов дружно недолюбливает вся армия.

— Время у вас есть, если нужно, то приглашайте меня на обсуждение наиболее важных вопросов. Список задач, которые необходимо утвердить, известен. А господин Теплов будет докладывать мне о происходящем. И настоятельно прошу уделить внимание полковым огородам и посадке картофеля, — вижу, что многих собравшихся удивляет моё пристальное внимание к малознакомому овощу, — Именно земляное яблоко, как называют его крестьяне, спасло Пруссию от голода во время последней кампании и позволило Фридриху воевать так долго. Иначе мы бы сломили пруссаков ранее. Картофель — это спасение от голода и просто дешёвая возможность накормить людей. Почему не помочь себе, заодно привлекая внимание крестьян и помещиков, отказывающихся сажать столь нужный овощ. А ведь это ещё и корм для скота. В общем, князь Щербатов объяснит лучше меня. И, конечно, вскоре я жду прожект реформирования Главного штаба. Необходимость в нём велика, что вы знаете лучше меня.

Зайдя в свой кабинет, при помощи Пафнутия, снимаю камзол и стягиваю сапоги. Не пойму, как люди умудряются ходить в неудобных туфлях. Мне и в лёгких сапожках тяжело. Будь моя воля, а не правила этикета, я бы по дворцу ходил в тапочках. Но, оказывается, император — весьма ограниченная различными условностями персона. Тут же прибегут Шувалов с Нарышкиным и устроят истерику, что мне невместно так себя вести. И ведь не пошлёшь их подальше, набегут остальные, замучив придирками.

Размяв шею и пошевелив пальцами ног, я с удовольствием развалился в кресле.

— Неси кофий и пусть через час накрывают на стол. Мне надо с бумагами поработать. Ещё спроси у Шувалова, кто будет сегодня на ужине. Иначе сядешь за стол, а там французский посол со своими ужимками или очередная княгиня будет просить за племянника. А я ни в зуб ногой о происходящем.

Камергер радостно оскалился моей простой шутке и вылетел из кабинета. Я же открыл блокнот и начал делать пометки.