Неожиданный наследник-3

Нет, я принимал ходоков, рассматривал жалобы, но прекрасно понимал, что помочь особо не могу. А вот возникшие сложности с другими просителями потребовали моего участия.

Поскольку дело касалось хорошо вооружённой и воинственной публики, к которой относились башкиры с яицкими казаками. И ведь причина возникших сложностей гроша ломаного не стоит. Просто местной власти надо проявлять больше гибкости и не нарушать старые договора. Так ведь нет, обязательно надо завести ситуацию в тупик. После чего разногласия перерастают в непримиримые противоречия, смывающиеся исключительно кровью.

Взять тех же башкир, приславших двух старшин — Базаргула Юнаева и Туктамыша Ижбулатова. Думаю, не каждый столичный чиновник из Вотчинной коллегии знает о правах этого народа на землю, неоднократно закреплённых указами русских правителей, начиная с Ивана Грозного. И даже регулярные восстания не помогают вбить в глупые головы, что нельзя мерить всех жителей империи одним аршином. Весомая часть народа, проживающая в Оренбургской и Казанской губерниях, обладает вотчинным правом на землю. Так почему этот договор постоянно нарушается властями? Кстати, башкиры — это не совсем народ. Вернее, его ядром являются степняки. Но со временем понятие превратилось в сословие свободных людей, владеющих землёй, куда записалось немало татар, чувашей, мордвы и марийцев. Я сам узнал об этом только от Бекетова.

Если брать разговор с просителями, то мне просто удивительно его вспоминать. Можно немножко пошутить и передать его таким способом.

— Спаси нас, государь. Попираются права и свободы наши, обещанные твоими предшественниками, — вопиют просители и бухаются на колени, — Защити нас от произвола чиновников, да купцов. Первые — всё зарятся на наши земли. Вторые — устроили монополию и продают товары втридорога. Ещё и запрещают нашим людям вести торговлю, всячески им мешая. А власти губернские этому потворствуют. Заодно заставляют магометан креститься, что вызывает понятное противодействие и вооружённое сопротивление.

— Хорошо, подданные мои, — отвечаю, сделав грозный вид, — В Уфу уже отправлена особая комиссия и ревизор. Все виновные будут наказаны, а башкирам подтвердят их права и вольности. Смена веры, вопрос добровольный. Коли кто хочет перейти в православие, то это его дело.

— Эээ? А так разве бывает? — стоящий на коленях проситель поднимает раскосое лицо, обуреваемое недоверием и надеждой.

На самом деле всё происходило немного иначе, но похоже. Переговоры начались с обязательной церемонии. Мне подарили целую гору меха и какой-то целебный мёд. По крайней мере, старшины божились, расхваливая его свойства. Далее мы приступили к делу.