Невеста по приказу, или Когда свекровь ведьма

И противоядие — такая же редкость. Но у меня оно есть. Только у меня. Представляешь, какая удача? И я согласен даже потратить его на твоего мужа, если ты станешь сговорчивее.

Казалось, я падала в холодную черную бездну. Трастамара не оставил мне ни единого шанса. Угрожать было бесполезно и глупо.

Из меня будто вынули какой-то стержень.

— Чего вы от меня хотите?

Посланник прищелкнул языком.

— А теперь разве не все равно? Сущую безделицу, которая не будет стоить тебе никаких трудов. Я уже говорил это. Все подробности я сообщу во дворце. И никак иначе.

— Вы обещаете спасти моего мужа?

Трастамара картинно закатил глаза:

— Если ты окажешься сговорчивой, драгоценный супруг вернется в твои нежные объятия. Ну? На мой взгляд, это выгодная сделка… — он посмотрел на распростертую фигуру Вито, — учитывая обстоятельства… И прошу заметить: чем дольше ты тянешь время, моя дорогая, тем становятся меньше шансы твоего драгоценного супруга.

Я порывисто обернулась, чтобы убедиться, что Вито дышит. Посланник воспользовался этой заминкой. Изящно отвел указательным пальцем дуло моего пистолета. Моя рука была слабой и податливой. Потому что все это больше не имело смысла. Нас загнали в угол, и не признать это было совершенной глупостью. Я облизала губы:

— Вы дадите слово, что спасете его? Поклянитесь.

Трастамара блаженно улыбнулся:

— Дам. Клянусь, если угодно. Но все это зависит исключительно от тебя, моя дорогая. Правильно ли я понял, что мы договорились?

Я снова посмотрела на Вито. Его глаза были закрыты, но по лицу пробегала нервная судорога. Оставалось только догадываться, как он страдал.

Я отложила пистолет на траву, стиснула зубы:

Я представляла себя за огромным стеклом. Словно меня отрезали от нормальной жизни, и я была вынуждена смотреть на нее через преграду из недр дремотного кошмара.

Трастамара учел все. Какое-то время нам пришлось ждать в подлеске у тракта, пока докатит посланная из дворца карета. Она казалась мне тюремной. Короб без гербов, крашеный черным лаком. Я опустилась на жесткое сиденье. Туда же погрузили бесчувственного Вито, и его тяжелая голова лежала у меня на коленях. Посланник уселся напротив, но мне было уже все равно. Трастамара не делал попыток заговорить, и я была этому только рада. Экипаж ужасно трясло на скрипучих петлях, безвольная голова Вито билась в дорожной тряске, и все мои мысли были лишь о том, чтобы хоть немного облегчить его страдания. Я придерживала его голову, заглядывала в лицо, стараясь уловить малейшее движение. Обтирала платком выступившую испарину. Казалось, он полыхал в горячке, мучился в огне. Я почти видела под его кожей языки пламени. Багрово-оранжевые, как пожар. Или это была игра распаленного воображения? Я не могла доверять своим глазам.