Невеста по приказу, или Когда свекровь ведьма

Но почему вы решили, что можете поступать настолько низко? Да еще и у меня за спиной? Отвечайте мне. Отчего вы решили, что имеете право здесь что-то решать?

— Я не понимаю, куда ты клонишь.

— Моя жена — член семьи. А вам известно лучше моего, матушка, что применять колдовство к члену семьи недопустимо.

Сердце пропустило удар. Или я ослышалась? Колдовство? Вито сказал это своей матери?

— Член семьи? — свекровь даже хохотнула. Похоже, она, наконец, сбросила маску. — То, что эта девица побывала в твоей постели, не делает ее чем-то исключительным. Пока она не стала матерью твоего наследника, она не член семьи.

И здесь ты не можешь мне возразить. Что же касается колдовства… ты можешь быть совершенно спокоен, сын мой. В отношении твоей драгоценной супруги не было и крупицы колдовства. А то, что зверь к ней привязался, так это от меня никак не зависит. Это особенность зверя, а не мое колдовство. Только зверь решает, к кому привязаться. Только зверь!

— Расскажите это близнецам. Еще лучше — Лало.

Ведьма хмыкнула, но в этом звуке чувствовалось нескрываемое удовлетворение:

— Ты прекрасно знаешь, сын, что если зверь привязался, мы бессильны.

Я ничем не могу помочь. Даже если захочу. — Послышался шорох юбок. — Твои подозрения убивают меня. Ты несправедлив к матери, и рано или поздно это поймешь. И устыдишься. А сейчас я хочу пойти к себе и принять успокоительное. С минуты на минуту прибудет девица Тельес-и-Сора. С каким лицом я ее приму?

Раздались мелкие шажки. Кажется, свекровь дошла до двери, но Вито окликнул ее:

— Зверь не привязался. Можете быть спокойны, матушка.

Снова повисла тишина. Наконец, мегера подала голос:

— Вот как? Почему ты так решил?

— Лорена прогнала зверя.

Он ушел на внутреннюю сторону еще две недели назад. А зеркало я забрал. Он не вернется.

Вновь пауза. Я буквально видела, как ведьма кивала:

— Вот как… ты называешь ее по имени…

— Разве она не моя жена? Вас что-то смущает?

— О нет, сын мой… меня уже сложно чем-то смутить… Но однажды ты прозреешь. Ты поймешь, насколько я была права. Надеюсь, ты позволишь мне удалиться?

— Разумеется, матушка. Я не смею вас задерживать.

Как во сне, я услышала, как скрипнула и затворилась дверь. Слышала удаляющиеся шаги моего мужа.

Я стояла в совершенном оцепенении, не в состоянии осознать все, что услышала.

Только теперь заметила, что огарок в руке догорел почти полностью, оплывающий воск залил пальцы, но я этого даже не поняла.

Нужно немедленно спускаться. Немедленно! Нужно глотнуть свежего воздуха. Я с трудом отстранилась от стены. Рука с огарком дрогнула, выплеснулся расплавленный воск, и пламя с коротким шипением погасло, оставив меня в полной темноте.

Я замерла, хватаясь за стену. Темнота была кромешной, и я не представляла, как смогу отсюда выйти.