Низший

– Уверенно движешься вниз по пищевой цепочке – невольно фыркнула девушка, впервые чуть повернув ко мне лицо.

Ого… вот это синячище. Черный кровоподтек закрыл собой правую половину опухшего лица. Жестокий удар пришелся и по лопнувшим губам.

– Кто тебя так, девяносто первая?

– Не твое гоблинское дело. Отвали!

– Отвали! – в зазвеневшем голосе появились нотки подступающей истерики, и я послушно отстал.

Съежившаяся девяносто первая зашагала быстрее, уходя в голову нестройного отряда. Поглядев ей вслед, задумчиво погладил начавший сильнее болеть левый локоть и продолжил шагать уже без расспросов. Кое-что узнал, надо бы это переварить.

Коридоры. Окраины. Вот как чаще всего назывался этот лабиринт коридоров и залов. И населяли эти места черви, зомби, гоблины и орки. Встречались тут и расы рангом повыше, наверное. Но я пока не научился их отличать от остальной массы. Да и они вряд светили социальное положение – никому не нужна открытая зависть замешанная на лютой расовой и классовой ненависти. Это гоблины изо всех сил старались казаться орками, жутко боясь однажды сползти в ряды зомби. Те, кто побогаче не афишировали свой достаток.

Это вот я к чему… а к тому, что кое-какие традиционные законы работают и в этом странном месте.

Вон передо мной шагает тройка – мужик в плаще, бугай в доспехах футболиста и девушка с дощечкой за спиной. Еще двое сзади – подгоняют.

И снова – к чему это ты, гоблин? Что ты терзаешь свою голову? Будь как все зомби и гоблины идущие рядом – ласкай жадным слюнявым взором более чем аппетитную попку шагающей впереди девушки и продолжай шагать. И не мечтай о большем.

И я не про мелькающую впереди девичью попку и жалкие гоблинские мечтания. Нет. Хотя и это имеет отношение к простому выводу – кое-какие древние законы человечества в этом странном месте действуют с предельной силой.

Передо мной спины тех, кто обладает куда больше информацией. Это очевидно. Но каковы мои шансы сейчас подойти к ним и завести непринужденную светскую беседу? Никаких. Я даже «здрасте!» сказать не успею. На меня рявкнут, укажут мне место и я, униженно кланяясь и заискивающе улыбаясь, попячусь со словами «Не сердитесь на глупого наглого гоблина, бвана!».

Почему? Потому что я бедный гоблин. И ключевое слово здесь «бедный», а не «гоблин». Я выгляжу отбросом. А с таким никто не захочет вести беседу.

Так что я даже рад обещанной награде – предметы одежды. Срочно требуется увеличить гардероб.

Ну что? Долго там еще шагать до места обещанной тяжкой работы?

Гоблин жаждет приступить к труду на благо бваны!

До места работ – большого овального зала – добрались без происшествий. Остановившись, радостно похлопал себя по старческим ляжкам – донесли, не подогнулись и даже еще остался запас сил. Отличные новости.