Низвергнутый 2: кланы высшей школы (СИ)
На территории клана вы будете в безопасности.
Мы с Юмэми переглянулись. Она решительно кивнула, продолжая держать мою руку. Очевидно, она с места не сдвинется, если я не пойду с ней. И пойди докажи, что рядом со мной может быть опаснее, чем в самом криминальном районе Нижнего города. Вот тебе и жрица, Гигас... Воистину, святая женщина. Я знал, кого выбирать.
— Хорошо. — кивнул я. — Едем вместе, сейчас.
— Рэйджи, передай, пожалуйста, соус.
— Держи, — я протянул Юмэми баночку соевого соуса и покосился на семейство Могами, вместе с которыми нам посчастливилось завтракать.
В особняк Могами мы прибыли глубокой ночью. Слуг предупредили заранее и они сразу проводили нас в гостевой дом, где подготовили две соседние комнаты. Клан Могами придерживался традиционной японской культуры, так что комнатки были небольшими, а вместо кроватей спать нам пришлось на футонах, расстеленных прямо на полу.
За тонкой перегородкой из реек и рисовой бумаги уже начинался сад, где голосили птицы и цикады, не унимавшиеся даже ночью. Но эти неудобства казались мелочью. Главное, что теперь мы с Юмэми были защищены от карателя.
Ещё по пути в общий дом, где нас ждал завтрак, я заметил завершающих тренировку Фубуки и Ширасаги. Они встали засветло, часов в пять утра, и вовсю тренировались с мечом. Я отметил, как почтительно Рикка относится к мачехе — девушка внимала словам архонта и беспрекословно выполняла их. После тренировки и наскоро принятого душа обе присоединились к нам.
И вот, утро, принесшее много сюрпризов дружному семейству Могами.
— Господин Рюэн, госпожа Фубуки, мы с сыном глубоко признательны вам за помощь и кров, — Юмэми села на колени и, сложив ладони перед собой, склонилась до пола в благодарном жесте. — Уверяю, мы сделаем все, чтобы наше присутствие не вызвало хлопот и вернёмся домой сразу, как опасность минует.
Так и началась наша странная трапеза.
Заспанная Юи, приняв информацию отца, клевала носом над своей порцией омлета с беконом и давила улыбку. Рикка же напротив, даже взгляда меня не удостоила. Зато на Юмэми она пялилась как на диковинного зверя, с искренним любопытством и симпатией.
Во всей этой ситуации лучше всего себя чувствовала Юмэми.
















