Освободительный поход

Да и как толково могли вести себя американские артиллеристы, когда позиции их морских пушек, из которых пока еще не в кого было стрелять, равняли с землей исторгающие бомбы японские самолеты, делая это лихо и азартно, с каким-то адским наслаждением.

Вот вздрогнула земля и раздался ужасный грохот, по сравнению с которым взрывы бомб показались простыми хлопками. Форт Коббе, авиабазу Говард и расположенный поблизости городок Бальбоа закрыло огромное грибовидное облако дыма и цементной пыли. Это от прямого попадания бетонобойной бомбы взлетел на воздух склад снарядов одной из капонирных шестнадцатидюймовых батарей (на самом деле в каждой такой батарее было всего по одному орудию). И теперь вместо артиллерийской позиции можно было наблюдать огромный дымящийся кратер.

Но это было только начало, потому что, пока в небе свирепствовала японская палубная авиация, шестьдесят четыре эсминца, входящих в состав линейных и разведывательных сил, подошли вплотную к берегу и приступили к высадке десантных групп морской пехоты. Это был авангард армии вторжения; он сразу же захватил плацдармы на берегу неподалеку от форта Коббе, авиабазы Говард, нижние шлюзы Панамского канала со стороны Тихого океана и портовые сооружения, необходимые для разгрузки основной десантной группировки.

А ведь от морского берега до конца взлетно-посадочной полосы было меньше восьмисот метров, и японская морская пехота, наступая, поддерживалась пятидюймовыми орудиями эсминцев и шестидюймовками легких крейсеров. А вскоре к ним должны были присоединиться восьмидюймовые пушки тяжелых крейсеров, а также двенадцати– и восемнадцатидюймовые орудия японских линкоров, которым после подавления палубной авиацией береговых батарей и уничтожения авиагруппы на авиабазе Говард было уже нечего опасаться. Пройдет еще немного времени – и палубные самолеты авианосного соединения вернутся, чтобы продолжить поддержку продвигающейся вдоль канала пехоты и подавить позиции американцев на выходе канала в Атлантический океан.

– Джентльмены! – в голосе Президента звенела плохо скрываемая ярость, – в Панаме опять, уже в который раз, японцы застали наших вояк врасплох! Причем случилось это фактически на нашей территории! Опять погибли наши солдаты, потеряна территория, а самолюбию американской нации нанесен жесточайший удар. До каких пор все это будет продолжаться, я вас спрашиваю, мистер Лехи?!

– Мистер президент, – робко проблеял адмирал Лехи, – нам до конца неизвестно, что именно там произошло. Понятно лишь одно. Удар был внезапным и сокрушительным, и все, что происходило на конечном этапе, выглядело просто бойней.