Отдать половину души (СИ)

Бандаж принести? - он смыл овощи и сейчас смотрел на скривившегося бету.

- Ага. И потом гулять. Врач ругался, что я мало на свежем воздухе бываю. - Он посмотрел на сковородку, где уже жарились из вчерашнего теста оладьи. - Я вот понимаю, что тесто должно разбухнуть, но почему вкус меняется?

Итан вышел и его голос был притуплен отделяющей стеной.

- Потому что настоялось. А, разбухает не тесто, а мука. - Он вошел, держа в руках белый специальный бандаж, чтобы облегчить тяжесть на поясницу. - Помочь? - он потряс рукой с удерживаемым медицинским изделием.

- Ага. Мука разве не тесто?

Итан улыбнулся, подошел, приподнял его большую футболку и осторожно прикрепил бандаж правильно, что бы ни давило и спине стало легче. Погладил его по спине, мягко размял пальцами затекшие мышцы. Арман в ответ замурлыкал от удовольствия.

- Тесто это вся та мешанина ингредиентов, что в миске смешана. Яйцо от воды не разбухает, по определению. - Продолжая массировать спину, Итан поцеловал его в шею.

- Хорошо же ты это делаешь… - он заулыбался.

Итан в ответ помял его спину чуть сильнее, а потом мягко и осторожно завершил движение-массаж. Арман допек оладьи и командным тоном распоряжался что и куда поставить, налить, разложить. Потом они неспешно позавтракали. Посуду мыли вместе, ибо Арман не любил, когда один занят, а второй баклуши бьет. И Итан не спорил. Он привык делать все вместе.

Потом они оделись и вышли на улицу. Была хорошая погода, весна и светило ласковое солнышко. Сев на автобус поехали в сторону городского парка, который был в трех остановках. Вышли, перешли дорогу и вошли в царство природы. Арман любил лес, обожал осень и не признавался Итану, что с ним был бы готов прожить хоть всю жизнь. Но, как и думал Итан, он его не любил, изменял бы, а альфа такого не потерпит от своей пары.

Арман иногда даже корил себя за тот свой смелый и глупый поступок преследования симпатичного мальчика, который приглянулся ему. Это вылилось в попытку жить с кем-то больше двух недель. И только из-за того, что Итан молод и еще пластичен в своем построении отношений, только поэтому Арман был относительно свободен.

Они сели на скамейку. Арман прижался к Итану, ибо все тело требовало быть как можно ближе к источнику сил. Итан обнял его за плечи и притянул к себе ближе.

- Слушай, а что ты будешь делать с младенцем? - Арман поглаживал его по груди, игрался с замочком на кармане куртки. - Мою позицию ты знаешь. У меня даже грудь не растет. Кормить его я не смогу, а мой зверь уже сейчас шипит на кокон. Когда он родится, я даже боюсь брать малыша на руки.

- Арман, - Итан погладил его по голове, - я справлюсь. Знаешь, сначала я думал, что ты пересмотришь свою позицию, ты и твой кот. Но теперь, знаешь, я понимаю тебя. Не осуждаю. Мой зверь готов быть главой этой маленькой стаи.