Перехват

Секретарь уже собрался почтительно посторониться, чтоб проследовать за начальником, но Штерн махнул рукой, задавая направление к выходу:

– Давай вперед, Лунц, я не люблю этих файерволов, от них потом отвратительное послевкусие.

– А я не замечал, – удивился Лунц, но тут же развернулся и зашагал к высоким дверям из бронестекла, перед которыми подрагивала едва заметная мутноватая завеса.

Те, кто проходил сквозь нее впервые, часто этого момента даже не замечали, но только не Штерн, у которого от этой процедуры, случалось, болели зубы.

Возможно, это было нервное, ведь в случае попытки несанкционированного проникновения файервол сбивал нарушителя электрическим ударом. И сколько Штерна ни заверяли, что сканер охранного контура точно распознает личности и никаких ошибок не дает, он боялся этой умной системы и всякий раз ожидал удара.

Был способ снизить неприятное ощущение от ионизирующих разрядов и связанного с ними страха – пустить вперед другого человека.

Первопроходец брал на себя большую часть разрядов, и это успокаивало следовавшего за ним Штерна.

Обычно роль тарана доставалась помощникам начштаба или водителям его машины, а теперь и Лунц успешно справился с этой обязанностью и первым выскочил к стоявшему у подъезда лимузину.

Распахнув дверцу, он посторонился, пропуская в салон Штерна, и, пока тот устраивался на диване, не удержался от того, чтобы, запрокинув голову, посмотреть на уходящий к облакам монолит «Гектагона», потом заскочил в салон и сел напротив начальника, на чуть менее комфортабельное сиденье – с подогревом, но без массажера и функции распознавания личности.

Дверца захлопнулась, встав на сверхпрочные стопоры, и теперь лимузин представлял собой бронированную капсулу, разбить которую можно было только противотанковыми средствами особой мощности.

Обычный же гранатомет мог лишь повредить дорогостоящую краску – лак цебракко, который изготовляли из чешуи маскалитовых рыб.

Дорого, эксклюзивно и бессмысленно, однако как-то через бюджет это все же проводили.

– Вилли, нам на Малую площадь! – объявил Штерн, и сидевший за рулем старший сержант понятливо кивнул.

Он служил у начштаба уже третий год и даже по голосу мог определить, куда везти хозяина, что бы тот ни говорил для сидящих в салоне гостей или подчиненных.

На Малой площади находилось три посещаемых Штерном точки – ресторан «Золотые ворота», массажный салон «Золотая лоза» и центр развлечений «Приют усталого солдата».

В ресторан хозяин наведывался один и в гражданской одежде, в центр развлечений – в гражданской одежде и с гостями, а вот как сейчас, в форме, только в массажный салон, где часто собирал подчиненных сам министр.