Связной

показал, что за время проведенных мероприятий он всегда действовал в соответствии с полученными инструкциями, нередко проявлял инициативу для успешного осуществления задачи.

Кроме того, Копылов Г. А. круглосуточно находится на конспиративной квартире под наблюдением военных контрразведчиков. За время длительного и постоянного общения с Копыловым Г. А. мы имели основания проникнуться к нему определенным доверием."

"В настоящее время возникают обстоятельства, когда он должен появляться в городе один, без сопровождения контрразведчиков. Также возникают непредвиденные обстоятельства, когда он единолично должен входить в контакт с германскими агентами.

Любое, даже скрытое наблюдение за ним может подставить под удар спланированную операцию. Считаем, что его освобождение сыграет положительную роль в оперативных мероприятиях.

Я, Романцев Тимофей Степанович, старший лейтенант военной контрразведки “СМЕРШ”, всецело беру на себя ответственность за его освобождение на время операции “Связной”».

Перечитав написанное, Тимофей поставил число и широко расписался, после чего устало откинулся на спинку стула и закурил папиросу.

Теперь осталось самое главное — сделать один важный звонок.

Подняв телефонную трубку, он быстро набрал знакомый номер.

— Слушаю, — прозвучал бодрый ответ.

— Здравия желаю, товарищ полковник! Это Романцев.

— Что у тебя, Тимофей?

— Я звоню по поводу операции «Связной».

— Та-ак, слушаю.

— Я убежден, что для пользы дела Копылова нужно освободить из-под стражи.

— Неожиданное начало разговора. Обоснуй!

— Операция «Связной» усложняется. Немцы считают Копылова особо важным агентом.

Если они заметят за ним хотя бы какую-то слежку, то поймут, что с ними затеяна радиоигра. Ведь мы же не можем контролировать всех агентов, которые захотят его проверить. Возможно, что мы уже дали им какой-то повод усомниться в его искренности и они захотят попристальнее понаблюдать за ним.

— В твоих словах есть определенная логика, — согласился полковник после некоторого молчания. — Но ты в нем уверен?

— Уверен… Сам ход операции подсказывает ослабить опеку, потому что ему приходиться принимать курьеров.

Он должен показываться близ железнодорожной станции, обязан разъезжать по другим узлам. Показывать, что он активно ведет разведывательную работу. Кроме того, он радист и должен самостоятельно добираться к месту, где припрятана рация. Возить его все время на служебной машине крайне нежелательно. Враг может заметить нашу опеку, если вдруг ведет за ним наблюдение. Кроме того, могут возникнуть неотложные оперативные мероприятия, которые потребуют его личного участия.