Связной

— Что скажешь?

— Баба подошла, — просто объявил Сан Саныч. Затянувшись, он некоторое время держал в легких дым, а потом, будто сказочный Змей Горыныч, вновь выпустил его через ноздри, все более наполняя кабинет дымом. — Поначалу я думал, что у них свидание. Да и вели они себя как влюбленные, она к нему все плечиком прижималась, за руку брала, а он об нее сначала словно мартовский кот терся. А потом я присмотрелся — что-то у них не так пошло. Солдатик вдруг как-то разом напрягся, глазки его вдруг как будто бы помощь высматривали. Так и провел с ней целый вечер, словно пришибленный.

— Не слышал, о чем они говорили?

— Откуда?! Я же с мужиками «козла» забивал. Три раза подряд «рыба» была…

— Что там дальше было? — прервал оперативника старший лейтенант.

— А потом мы выиграли!

— Я не о том, что там с агентами?

— Дальше они поднялись с лавочки и пошли мороженое есть.

— За этой женщиной проследил?

— А то как же! Крался за ней, как полевая мышь! Дамочка не простая оказалась, видно, чуяла, что за ней наблюдать могут. Несколько раз оборачивалась, но меня не заметила. Дошла до бараков на Коммунистической и там у кого-то осталась.

— Уверен, что не заметила?

— Разве я не разведчик? — возмутился Сан Саныч.

Вытащив из стола папку, Тимофей пролистал несколько страниц и извлек с пяток фотографий.

— Посмотри повнимательнее, среди них есть эта женщина?

Едва глянув на фотографии, Лещ произнес:

— А чего повнимательнее-то? И так видно… Вот она! — поднял он фотографию. — В жизни она, пожалуй, поинтереснее будет. Та еще краля!

— Ты уверен?

— Обижаешь, старший лейтенант! — Докурив папиросу, Сан Саныч тщательно примял ее о пепельницу.

— В козлах-то кто остался? — неожиданно спросил Тимофей и усмехнулся.

— Пашка с Сидором. Они сегодня с утра «козла» забивают, и никто выиграть у них не может. А мы с Гриней в два счета их обыграли. На интерес играли, — широко улыбнулся Сан Саныч. — Проставились по полной! Ну, так я пойду, а то моя Мария вся изнервничалась. Ушел рано утром, и целый день дома нет. Думает, по бабам хожу, а я все на службе. И уже серьезно добавил: — Должен же быть когда-нибудь у жены праздник.

Взяв со стола пачку папирос, он вышел из кабинета.

Романцев пришел к Копылову поздно вечером. Некоторое время постоял у подъезда, раскуривая сигарету, и, убедившись в отсутствии наблюдателей, прошел в дом. Открыл дверь своим ключом; увидев сидящего за столом Копылова, бесхитростно поинтересовался:

— Кто резидент?

— Люська, — ответил Геннадий. На столе стояла початая бутылка водки, а в небольшой тарелке лежало несколько нарезанных ломтиков вареной колбасы.