Связной

Поначалу он не знал, куда именно направляется в такую рань лихой парень, и с любопытством посматривал в его сторону, лишь некоторое время спустя увидел его в сапожной мастерской с небольшим молоточком в руках неподалеку от своего дома.

Работал Михась так же энергично, как и разъезжал: с шутками и прибаутками, вызывая неподдельную симпатию у всякого клиента. За доставленное веселье и качественную работу рассчитывались с ним щедро, так что парню хватало не только на кусок сала, но еще и на штоф водки после рабочего дня. Возвращаясь к дому хмельной и довольный, он орал нескладные частушки под аккомпанемент своей колесницы.

В общем, парень был занятный и бедовый. А пару дней назад они стали приветствовать друг друга, как старые знакомые.

В этот раз Михась появился немного пораньше — Мельник не успел даже закурить сигарету и насладиться одиночеством под тенью ветвистого и широкого клена, как вдруг услышал громыхание его «колесницы». Погода выдалась по-утреннему свежей, но Михась, в красной рубахе на голое волосатое тело, лихо раскатывал на своей тележке, энергично помогая себе руками.

Вопреки ожиданию, он вдруг повернул в его сторону и прокричал издалека:

— Мил-человек, табачком не угостишь?

Выбив из пачки пару сигарет, Мельник терпеливо наблюдал за приближающимся Михасем. Обрубки ног, привязанные ремнями к деревянной низенькой тележке, выглядели едва ли не ее продолжением — парень настолько лихо управлял своим нехитрым транспортом, отталкиваясь деревянными колодками от асфальта, что его трудно было представить шагающим.

Михась остановился у самых его ног.

Выглядел он свежо, на щеках юношеский румянец, грудь крепкая, шея мускулистая. В довоенной жизни Михась был наверняка весьма симпатичным парнем и заставлял взволнованно колотиться не одно девичье сердечко.

Но что поделаешь, война не щадит даже былинных героев.

— Ух ты, даже две! Спасибо, мил-человек, вот уважил! — проговорил Михась. Одну сигарету он заложил за ухо, про запас, другую лихо вставил в уголок рта и попросил: — Может, и огонек найдется?

Вытащив из кармана коробок, Мельник чиркнул спичкой и, спрятав робкий огонек в широких ладонях, уважительно поднес его к губам Михася.

— Тебе привет от бакалейщика, — неожиданно произнес тихо Михась. — В разведшколу сегодня не приезжай, тебя вычислили, попадешь в гестапо! Как только я отойду, поднимаешься со скамейки и сворачиваешь за угол дома. Там ждет грузовик. Он вывезет тебя за город, а дальше тебя переправят за линию фронта. — И уже громко, превращаясь в прежнего любимца и балагура, воскликнул: — Еще раз спасибо за угощение, мил-человек.