Пятиэтажка. Волшебному народу предоставляется общежитие

— Аристарх был чудесным человеком! — заговорила Лидия. — Добрым, неконфликтным…

— А вы в каком родстве состояли? — спросила я.

— Ну… — протянул гость. — Где-то… по отцовской линии.

— А другие родственники есть? — уточнила я.

— Нет! — хором ответили супруги.

— А вы знаете про завещание? — задала я новый вопрос.

Посетители занервничали:

— Какое еще завещание?

— Мой коллега, местный участковый, говорит, что ваш родственник оставил завещание.

Тут супруги дружно рассмеялись, потом Павел Иванович добродушно произнес:

— Ну, нам то завещание не нужно! Что он там мог завещать? Зачем нам вещи? Материальное, это все пыль и тлен! Нам дорога память…

Фефочка снова громко фыркнул/ла.

Оба родителя вновь пихнули ребенка локтями. Затем Лидия выразительно посмотрела на супруга. Тот, похоже, занервничал еще больше, снова начал раскачивать свой лапоть. В итоге, тот улетел на другой конец комнаты.

Я, было, начала подниматься со своего места, но владелец лаптя меня остановил:

— Сидите, сидите, я сам!

И остался сидеть на месте.

Ко мне немедленно обратилась его жена:

— Милочка, а давно вы тут живете?

— Я тут временно, сегодня только въехала.

— А! Понятно… Не боитесь?

— Да так, незнакомое место…

— Нет. — я быстро перевела разговор в нужное мне русло. — Можно задать пару вопросов о вашем покойном родственнике? Скажите, он в последнее время не жаловался вам на что-нибудь? Не казался подавленным? Боялся чего-то?

Супруги переглянулись и растерянно друг на друга посмотрели. Подал голос плод их любви:

— Так в этом месяце крупных праздников не было.

— Фефа! — одернула чадо мать. — Смотри! Обидишь деда и…

— Так вы с ним не общались, после переезда? — на всякий случай уточнила я, хотя и так было ясно.

— Нет… Понимаете, ребенок девятый класс заканчивает, ГИА…

— А вы не знаете, другие знакомые у него были? Старые приятели?

— Нет. — уверенно ответил Павел Иванович. — Все поумирали. Он тогда и удалился в свою землянку, потому что никого из близких не осталось. В смысле, кроме нас.

— Он сказал, что ушел умирать. А через двадцать лет передумал. — торопливо добавила гостья. — Он, вообще-то, крепкий был. Особенно, когда двадцать лет в лесу просидел.

— А как вы узнали, что он переехал?

— Он нам открытку прислал, на Фефин день рождения. Очень он любил Фефу! А в открытке и сообщалось…

— А вы примерный текст помните?

— Ну… — протянула Лидия. — Он там, в основном, просто поздравлял. Про переезд пару слов, что соседи хорошие…

— А почему он вдруг передумал и решил переехать? Про это писал?

Вмешался супруг Лидии:

— Так из-за вашего общежития! Он нам буклет прислал, вместе с открыткой. Вот, пишет, наконец, цивилизованное место для таких как он… Для волшебного народа, то есть. Писал, что перемены, наконец.