Пиранья. Война олигархов

Почему-то все эти горные народы полагают, что так сигареты не вываливаются из пачки. Мазур лично проверял, даже пытался им демонстрировать, что разницы никакой; все эти турки, эллины, болгары и прочие удивленно кивали, соглашались, но пачки продолжали обжигать.

Сигареты, даже дамские «зубочистки», определенно подтверждали факт, что все курево в России паленое, только товар забугорных производителей и можно курить. Домусолив сигарету почти до середины, Мазур уловил едва заметное шевеление у койки – завозился бравый солдатик невидимого фронта. Мазур аккуратно затушил сигарету, приблизился, взял постояльца за подбородок.

Спору нет, тип мурла определенно не восточный, но средиземноморский.

– Алло, сейчас с вами будут говорить, – позвал Мазур.

Повстанец не ответил, хотя было видно, что вопрос услышан.

– Что, не понимаем? – подсказал главный режиссер-постановщик этой сцены.

Мазур переместил пальцы с подбородка на нижнюю губу, захватил ее, крепко сжал и вывернул вниз. Этого оказалось достаточно.

– Te raftе rrufeja mu nе hale… – взвыл пленник. Ого, албанец! Ну ничего себе… Уж этот язык один раз услышишь – век не забудешь.

Мазур на секунду остолбенел. Что же это за группировка?..

Впрочем, если пораскинуть мозгами, то ничего удивительного. Албанцы дружат абсолютно со всеми, это, грубо говоря, геополитические проститутки, им по боку, с кем дружить – лишь бы платили. Причем размер гонорара их тоже не беспокоит. Гастарбайтеры всея Европы. Спросите албанца, поедет ли он за тысячу километров куда-нибудь на Халкидики собирать оливки по двадцать евро за ящик – да он вам глотку перегрызет, если вы тут же не скажете адрес.

А потом еще и всю свою семью снарядит «на оливки». Хвалятся, будто у них нет голубых – но вся Турция знает, что за полтинник албанец продаст и собственную, пардон, задницу…

Мазур, конечно, оголтелым шовинистом не был, за годы мотаний по свету отлично усвоил, что уродов хватает в любом народе и любой нации, но все же, все же…

Он покопался в памяти, однако кроме «курва», которое на всех языках одинаково, ничего албанского не припомнил… Да ну к дьяволу. Чай, по-болгарски плененный космополит рубить должен, наблатыкался, поди, на виноградниках-то.

Так что и русский поймет. Если очень хочется жить.

Удовлетворившись сим простым рассуждением, Мазур взял ту самую зажигалку с гравированными близнецами и принялся невозмутимо нагревать кончик изъятого стилета. Албанец следил за его манипуляциями настороженно, но не рыпался. Настороженность переросла в панику, когда Мазур поднес раскаленное до красна лезвие почти вплотную к глазу пленника. Нож целился точно в расширившийся зрачок. Казалось, того и гляди зашипит сетчатка.