Поединок соперниц

Вокруг пахло хвоей, мы находились в густом сосновом лесу. Я увидела Утрэда: он говорил с какими-то воинами, преградившими нам путь, и я поняла, что наша цель близка.

Стражи заставили моих сопровождающих отстать, подхватили пони под уздцы и повели. Следом ехали только Ральф и Утрэд. Утрэд сказал, что здесь дозоры на каждом шагу, однако на протяжении дальнейшего пути мы никого не встретили — холод загнал стражей в укрытия.

Воздух обжигал, колол щеки, снег громко скрипел. Из сумрака леса долетел какой-то звук — не то вскрик человека, не то рык зверя. Он взволновал наших провожатых, но я не обратила внимания.

Огромный полузасыпанный снегом куб старой виллы с осыпавшимися зубцами был прямо перед нами. Я увидела пролом в стене, служивший входом, а сейчас для тепла занавешенный шкурой. Пройдя под нее, я различила в полумраке ведущие вниз ступени.

Стражи и Утрэд остались снаружи, а Ральф взял меня за руку и начал спускаться. Впереди стал различим проем низкой арки. Вход под ней был полузавален грудой камней. Перебираясь через нее, я едва не застонала от боли в пояснице. Поначалу ничего не могла разглядеть в полумраке, только слабо рдеющую кучу угольев посредине.

Потом кто-то зажег факел и я увидела лежавших вповалку людей. Шагу нельзя было ступить, чтобы не потревожить кого-либо.

Но мое неожиданное появление быстро пробудило всех ото сна. Кто-то подбросил поленья на очаг. Я закашлялась от дыма. Господи, как они только жили здесь все это время?

Среди обступивших меня людей я различила несколько знакомых лиц. Узнала толстую физиономию Бранда — на лбу сажа, волосы всклокочены, глядит удивленно.

— Силы небесные! Гита Вейк, неужели вы проделали такой путь… Да еще в вашем положении.

Зачем, ради всего святого?

Расталкивая остальных, вперед вышел Хорса.

— Никак шлюха Эдгара явилась. Что, умолять за своего соблазнителя пришла или надумала тут рожать?

Он захохотал, кто-то присоединился к нему.

И тут откуда-то из-за спин выскочила Элдра. Такая же грязная, как и остальные, растрепанная, но, к своему удивлению, я увидела топор у нее за поясом. Она прикрикнула на них, усадила меня на выступ стены.

— Вы что, не понимаете — только крайняя нужда могла вынудить леди Гиту пуститься в путь в ее состоянии? — гневно говорила она, даже отталкивала столпившихся саксов.

Я постаралась говорить как можно увереннее. Сказала, что люди короля Генриха рано или поздно выкурят их отсюда, как охотники выкуривают барсуков из нор. Однако у мятежников еще есть надежда закончить все миром. В разжигании мятежа нет вины саксов, его начали нормандские рыцари графини Бэртрады, и у меня есть свидетель, который может подтвердить мои слова. Причем он готов это сделать не только перед саксами, но и в присутствии посланцев короля.