Поединок соперниц

— Неужели? Ну а если бы твой отважный крестоносец все же пожелал тебя увидеть и, пользуясь отсутствием Анжу, тайно прибыл в Нортгемптон? Или он так боится гнева нашего отца, что не решится на встречу с возлюбленной?

Матильда откинула за плечо волну распущенных рыже— каштановых волос.

— Ты не понимаешь, Бэртрада. Сэр Гай перво-наперво не пожелал бы своим появлением скомпрометировать меня. Особенно теперь, когда я на вершине славы и за мной так следят.

Я чуть вздрогнула. А как же я и Гуго? Понимает ли он, чем я рискую, встречаясь с ним? И я отвлеклась, спросив у сестры, уверен ли ее муж, что маленький Генрих Анжуйский его сын? Похож ли он на отца?

Матильда как-то по-особому гордо улыбнулась.

— О, мой Генри — Анжу! Он чудесный, и Жоффруа ни на миг не сомневается, что это его ребенок. Наш сын — наследник графств Анжу, Мэна и Турени, герцогства Нормандии и Английской короны. А похож он… В нем сразу видна кровь Завоевателя. И он рыжий.

Я ничего не смыслила в детях. Но если Матильда не лжет и ее сын пошел в род Вильгельма Завоевателя — он удержит Англию. Если до того ее сможет удержать Матильда.

Говорить нам больше было не о чем, и я пошла к себе. Глядела, как медленно тает воск на свече. Боже, еще нет и одиннадцати. А меня так клонит в сон. Я еще какое-то время ворочалась на неудобной кровати, чувствовала, как покалывают соломинки сквозь простыню.

Разбудило меня покашливание спавшей у порога Маго. В покое было темно, только потоки лунного света вливались в открытое окно. Свеча с делениями догорела до основания, а значит, время уже перевалило за полночь. Но воск еще не остыл, я ощущала его запах, и значит, не так сильно я и проспала.

Однако подниматься и куда-то идти не хотелось. Я согрелась под одеялом, мне было так удобно во вмятине осевшей под моим телом соломы. Стоит ли вставать? Но Гуго… Мне вдруг стало любопытно, как долго он сможет меня ждать. Пусть ждет. Или уходит.

Снова я спала, и снова меня разбудил кашель няньки.

— Маго, поди вон. Ты мне мешаешь.

Она послушно удалилась, а я лежала, окончательно потеряв сон, глядела в окно. Свет луны уже был не так ярок, небо стало сереть. Ночи в июле так коротки. Интересно, ждет ли меня Гуго или, отчаявшись, ушел? Да и где он пропадал все это время? И что имел в виду старый Бигод, говоря, что позже я все узнаю? Ведь по нему было видно, что он знает о моей намечавшейся встрече с его сыном.

Но дождется ли меня этот сын?

Ух, как мне вдруг стало это важно! Гуго, влюбленный, дерзкий, нетерпеливый… Мне с ним было легко, как ни с кем иным. Мы с Гуго понимали друг друга, нам всегда было весело, мы дразнили всех, устраивали розыгрыши, дерзили, издевались. Издевались даже над Эдгаром. А без Гуго я вмиг стала беззащитной.