Поединок соперниц

Но Милдрэд вовсе не нищая. Я не бедствую, и все мои земли и предприятия достанутся ей в наследство.

— Только в том случае, если ты не родишь других детей, Гита. Ведь ты вполне можешь выйти замуж, и все твои владения отойдут старшему сыну.

Я произнес это насколько смог спокойно и деловито. Ради этих слов я и приехал сюда.

Гита стремительно повернулась ко мне и гневно спросила:

— А вы, милорд опекун, должно быть, уже подыскали мне супруга?

Это было сказано так, что я опешил. Ей ли не знать, сколько мужчин мечтают связать себя с нею! Тот же Хорса вряд ли скрывал свои намерения, да и деловитый Чени наверняка заговаривал с нею о замужестве.

А еще молодой д’Обиньи, младший де Клар и, наконец — Ральф. И если она до сих пор не сделала выбора, не остановилась ни на одном из них, если мои слова вызывают в ней такой гнев…

Мой голос дрожал, когда я спросил:

— А вы, любезная подопечная, не сообщите ли опекуну, к кому из многочисленных женихов испытываете большее расположение?

Гита все еще смотрела на меня и вдруг вспыхнула. Взгляд ее заметался, будто ища опоры. Я же, хмелея от внезапной радости, понял, что все они ей безразличны и, возможно, она до сих пор не забыла…

Не ответив на мой вопрос, Гита стремительно поднялась.

— Пойдемте — сейчас погонят с лугов овец. По традиции в день Лугнаса их необходимо вы́купать.

Я не чувствовал под собой ног. Меня охватило ликование. А тут еще и Милдрэд, убегая от мальчишек, бросилась ко мне, обхватила мои колени и подняла улыбающееся личико. Я подхватил ее на руки и несколько раз высоко подбросил, наслаждаясь смехом малышки.

Так, с Милдрэд на руках, я стоял в толпе и рассеянно наблюдал, как блеющие овцы, подгоняемые пастухами, подобно серой реке направляются к ручью, протекавшему в низине.

Там уже стояли двумя рядами по пояс в воде специально подобранные люди — чтобы отары прошли меж ними, но овцы то и дело шарахались в стороны, и их ловили, возвращая в общий поток под смех и одобрительное гиканье собравшихся.

В этот день полагалось исполнить немало обрядов, и купание овец было только одним из них. Непременным блюдом должны быть барашки, изжаренные целиком в ямах с угольями, творожные сыры и свежесбитое масло — и каждый должен их отведать.

Девушки сплетали гирлянды из цветов, и парни плясали под ними. Затем следовали рукопашные бои стенка на стенку, после которых все участники обнимались и целовались. Наконец с поля принесли охапки снопов, и священники освятили их, а потом все снова взялись за угощение, ели, пили, веселились и поздравляли друг друга с окончанием круга сельских работ и началом новых.

Это был удивительный день. Давно уже мне не было так хорошо.