Поединок соперниц

Как только я выступил из своего укрытия, девочка тут же умолкла, не сводя с меня глаз и продолжая вздрагивать от рыданий. Я вошел в воду, дотянулся до борта лодки и подвел ее к берегу. Мужчина в лодке не пошевелился. Я тронул его плечо, и когда тело перевалилось на бок, увидел торчавшую из его спины стрелу.

Кто он — охранник, похититель, местный поселянин, ставший жертвой разбоя? По одежде — скорее воин, чем крестьянин или горожанин.

— Возьми меня! — внезапно произнес детский голос.

Девочка протянула ко мне руки, а в ее тоне прозвучали повелительные нотки. Я повиновался.

Маленький теплый комочек доверчиво прильнул ко мне, несвязно лепеча. Я прислушался — она пыталась сказать, что ей совсем не понравилось кататься ночью на лодке.

— Трудно не согласиться с тобой, дитя.

Я все еще стоял в воде, держа ребенка одной рукой, а другой не давая лодке уплыть по течению. Опустив ладонь, я осторожно коснулся холодного лица покойника, провел по нему ладонью и закрыл ему глаза. Затем вышел на берег, усадил девочку на сухой мох и постарался закрепить у корней ивы лодку с мертвецом. Как только я справился, малышка тут же оказалась рядом, взяла меня за руку.

— Ты не оставишь меня? Тут плохо.

— Не оставлю. Ведь ты не эльф, а фэны не место для маленьких девочек, особенно по ночам. Но как ты сюда попала?

Она молчала, переступая с ноги на ногу. Я перевел взгляд на тело в лодке. По чистой случайности я стал свидетелем какой-то трагедии. По тому, как это дитя выговаривало слова, я понял, что она из саксов, но вовсе не из простых. Ее платьице из светлого сукна было украшено прекрасной вышивкой, но это платьице не спасало малышку от холода и сырости.

Я снял с себя плащ, укутал девочку и, взяв на руки, шагнул к коню.

При виде Моро она оживилась.

— Лошадка! Лошадка с пятнышком!

Девочка заерзала у меня на руках, тянулась, пытаясь погладить коня. Слезы на ее глазах мгновенно высохли.

У меня не было никакого опыта обращения с такими крошками. Но с чего-то нужно было начать, и я спросил:

— Расскажешь о себе?

Тогда я попробовал иначе:

— Милдрэд. Я спала, а меня повезли кататься в лодке…

Теперь она говорила сама. Я неплохо знал саксонский, но не все мог понять в бессвязном детском лепете. Выяснилось, что девочка хочет к папе и маме, но не прочь еще немного побыть и возле коня, который ей ужасно нравится.

Моро попытался ее обнюхать, и девочка восторженно хихикнула. А потом вдруг велела отвезти ее домой… Кажется, она упомянула о какой-то башне.

Но куда-то отвезти мне ее все равно было надо. Вот только куда?

Я усадил девочку в седло, а сам пошел рядом, ведя лошадь под уздцы. Самое разумное — двигаться против течения протоки, по которой принесло лодку. Возможно, я окажусь там, откуда похитили этого ребенка.