Поединок соперниц

И это как бы превращало меня в женщину с тем самым изъяном, который может стать поводом для развода.

Я обратилась к ученым мужам и духовным особам, и те несколько успокоили меня, сославшись на тексты из Библии: «Что Бог сочетал, того да не разлучит человек», а также: «Кто разводится с женой и женится на другой — прелюбодействует; и всякий женящийся на разведенной с мужем — прелюбодействует». Так-то оно так, но ведь Папа порой все же давал разрешения на развод! Но мне отвечали, опять же ссылаясь на Библию — Господь расторг брак между Агарью и Авраамом и дал Моисею предписание о разводе. Полная непоследовательность!

Тогда я сама пустилась в теологические изыскания — со стороны это смахивало на приступ внезапного благочестия. Такой смиренной и погруженной в себя меня при дворе еще не видывали. Однако слухи о моем разводе уже начали передаваться из уст в уста — я это знала доподлинно. Возможно, поэтому я и оказалась в одиночестве, старые знакомцы и поклонники словно избегали меня.

Даже верный Гуго держался поодаль, так как рассчитывал сменить отца на должности стюарда двора, и скандалы ему были сейчас совершенно ни к чему. Я же, в свою очередь, избегала его, памятуя, как расценил нашу дружбу мой отец.

Я настолько увлеклась политикой, что прозевала момент, когда в Нормандию прибыл Эдгар, и весть об этом привела меня в замешательство. Я затворилась в своей башне и то плакала, то начинала молиться, то жестоко мучила прислужниц.

Зная день и час, когда король намеревался принять Эдгара, я все же отправилась ко двору, и когда их беседа в отдаленном покое затянулась, упросила Роберта выяснить, о чем они толкуют.

Он вернулся оживленным, но, встретив мой затравленный взгляд, смешался.

— Прости, Бэртрада, но король и твой супруг беседовали о совершенно несущественных вещах. Тебе известно, что оба они знатоки соколиной охоты, и речь шла исключительно о достоинствах птиц. Я и твой муж придерживаемся мнения, что лучше всего работают птицы, пойманные взрослыми и натасканные для охоты — они и сильнее, и смекалистее. Король же предпочитает соколов, добытых птенцами и сызмальства обучавшихся в соколятнях. Он доказывал нам…

Он осекся, когда я дико завизжала. Они что, все трое договорились извести меня? Меня обуяла дикая ярость, и, сорвав с кросен неоконченный гобелен, я стала лупить им Роберта, визжать и ругаться.

Насилу ему удалось меня утихомирить.

— Возьми себя в руки, Бэрт. Ты должна понять, что отцу сейчас необходима поддержка столь сильного вассала, каким стал граф Норфолк.

— А как же я? Он что, готов пожертвовать мною ради Эдгара?

— Об этом ты сама потолкуй с ним. Король примет тебя завтра сразу после утренней мессы. Думаю, он нашел некий компромисс и не даст тебя в обиду.