Пограничье

   Ангелина Фасолаки громко ахнула за спиной сыщика, но он не оглянулся, он не сводил глаз с бледного лица пана Ясневского, следя за тем, как в глубине его глаз закручиваются в спирали маленькие зеленые смерчи.

   — Ну уж нет, — проговорил Эро и недоверчиво покачал головой. — Серьезно?

   — Что происходит? — прошептала Ангелина.

   — Пауль Эро! — что-то дрогнуло в голосе Вельзевула Аззариэлевича, и Павлик понял, что был прав. Откровенно говоря, вплоть до этой дрожи он не был уверен, что его догадка верна. И даже мысленно стоил оправдания и прикидывал, успеет ли написать завещание, если директор окажется директором, а не тем, кем он его считал.

..

   — Хватит! — сыщик щелкнул пальцами, и Сонья с подростками исчезла, а Вельзевул Аззариэлевич подернулся рябью, словно отражение в зеркальной воде паркового пруда.

   — Хватит! — еще один легкий щелчок, и Фасолька зашипела разъяренной кошкой, наконец, поняв, что же здесь происходит.

   — Не знал, что тебя выпустили, — ухмыльнулся Павлик, немного наклонив голову на бок и с брезгливым интересом рассматривая того, кого они с Ангелиной опрометчиво приняли за пана Ясневскогo.

— Или не выпустили?

   — Черт, мне стыдно! — простонала Фасолаки, притягивая к себе из воздуха магическую нить. — Как я могла это проворонить... Не в мои лета попадаться в такую грубую ловушку.

   — Пауль Эро... — снова повторил зыбкий директор Школы Добра, а его глазки испуганно забегали по помещению, словно ища выход. — Пауль Эро... — голос стал тоньше и женственнее, Вельзевул Аззариэлевич сначала громко чихнул, закрыв лицо руками, тряхнул головой, а затем посмотрел из-за ладоней на Павлика пронзительными горящими ненавистью зелеными глазами.

   — Ты сам пришел ко мне в кабак. Сам виноват. Это моя территория.

   — Твоя? — сыщик расслабленно упал на стул, глядя на женщину в платье недавней разносчицы эля. — Не знал, что мороки стали получать лицензию на официальную охоту...

   — Ты многого не знаешь, — женщина оскалила редкие зубы, но наброситься на сыщика побоялась. — А я имела право на месть.

   Ангелина следила за происходящим с легким удивлением, смешанным с недоверием.

Все-таки надо было последовать примеру остальных и с головой окунуться в жизнь, а не прятаться в Городе, пытаясь возродить былое. Тогда, может, они бы не попали в эту неприятную ситуацию...

   — Не знаю, — Павлик кивнул и сделал мороку приглашающий жест, предлагая присесть на свободный стул, — но ты мне, конечно, расскажешь.

   Женщина насупилась, вздохнула, зло сверкая глазами, но плюхнулась на указанное место. И в тот же миг «Пьяная свинья» наполнилась веселыми звуками и звоном посуды.