Пограничье

Это такие мелочи по сравнению со всем остальным!

   Спустя пятнадцать минут в дверь моей спальни неделикатно стукнули, а потом нетерпеливо толкнули ее внутрь, пропихивая в комнату огромный и совершенно точно не мой сундук.

   — Поль велел принести твои вещи, — сообщил один из вошедших близнецов и ногой захлопнул за собой дверь.

   — Но… — я попыталась возмутиться, потому что Поль-то точно знал, как выглядит мой сундук, и никак не мог перепутать. Такая махина попросту бы не влезла в нашу тележку.

   — Мы братья Поля, — глядя на мой нахмуренный лоб, уточнил второй. — Помнишь, мы вчера утром в коридоре вместе… э-э-э…

   Первый испуганно посмотрел на брата и театрально громким шепотом спросил:

   — Может, она головой стукнулась, когда упала?

   Я рассмеялась и весело спросила:

   — Вас как зовут, балбесы?

   — Глеанир! — сообщил правый.

   — Легинир! — скромно представился левый и, галантно склонившись, добавил:

   — Но можно и наоборот.

   И по-разбойничьи мне улыбнулся, поросенок.

   — Это не мой сундук, — я протянула руку, указывая на махину, которую мальчишки приволокли ко мне в спальню.

   — А мы знаем, — кивнул Глеанир и ябедным тоном уведомил:

   — Твой сундук у нас мама отобрала. Велела этот принести.

   Я недовольно нахмурилась.

   — А самой ей Поль категорически запретил приближаться к тебе ближе, чем на десять метров.

   Все-таки Павлик самый заботливый из всех мужчин в мире. Не смогла удержаться от ласковой улыбки, но вдруг заволновалась:

   — Я думала, он сам… — выпалила и смутилась немедленно под понимающими, совершенно одинаковыми взглядами. Что бы они понимали?!

   — Его вызвали, — Легинир выглянул за дверь, проверяя, не подслушивают ли нас, словно два главных подслушивальщика не стояли сейчас передо мной.

   — Говорят, в лесу, недалеко от королевской купальни, покойника нашли, — прошептал Глеанир, дождавшись от брата разрешающего кивка.

   — Совсем-совсем мертвого… Мы не видели, но случайно слышали, когда Поль вестника получил, что там от тела мало что осталось. Говорят, в Зачарованном лесу оборотень…

   Произнеся последнее слово, мальчишка выдержал паузу и добавил страшным шепотом:

   — Ужас какой… — пробормотала я невнятно, нащупывая на груди кулон.

   И что мне теперь делать? Я-то собиралась отсюда убежать как можно скорее… Подождать, пока Павлик вернется, или схватить в охапку Зойку и Каурку и умчаться в далекие дали, забыв о Зачарованном лесе, как о страшном сне?

   Мои размышления прервал мелодичный звон, и близнецы, как по команде, вытянулись по стойке смирно.

   — Ой, что сейчас будет…

   Обменялись заговорщицкими взглядами, а затем распахнули крышку притащенного сундука и наклонились над ним, а точнее, нырнули в него почти по пояс.