Измена. Игра на вылет

Но в дверном проёме снова появляется муж и моему спокойному состоянию приходит конец.

– Ну что, как жить будем? – присаживается недалеко от меня. – Давай поговорим.

Молчу.

– Марта, – вздыхает устало, и в его голосе даже слышится что-то вроде сожаления. – Да, я понимаю, всё перевернулось вверх дном сегодня, но так случилось. Наверное, в твоей голове сейчас куча вопросов, но я могу сказать только одно: просто так случилось, и всё. Хоп, и молния в меня попала, когда увидел её! – он стучит себе по груди, – вот прямо сюда, в сердце!

Его на откровения что ли пробило? Усмехаюсь, но больно всё равно.

– Мы же с тобой с медицинского вместе, по сути, ни с кем, кроме друг друга не были, потом работали тоже вместе. Наскучили, наверное, друг другу.

Белов долгим браком пытается оправдать себя, мол, все в долгом браке устают, и я устал. Я примерно так понимаю его слова.

Он что, хочет тем самым оправдать свою слабость, нечистоплотность и подлость? Не получится! Точно не со мной!

– Просто устали друг от друга. Приелись, – да, я всё верно поняла.

Я молчу, делая вид, что его здесь нет, но муж продолжает не щадить меня, рассказывая свои впечатления от нашего брака, и его голос при этом звучит уверенно.

– Я её как увидел в доме у Воронова…

Замечаю, как его глаза загораются, когда он говорит о Ларисе.

– Понимаешь... она вся такая… из бассейна выходила… Задница… – он показывает руками, как будто пытается изобразить её фигуру, – как орех! Грудь, – он снова жестикулирует, поднимая руки выше, – шик!

Закрывает глаза, словно её представляет.

– Волосы, улыбка! Потом я её после сауны случайно увидел. Она даже после сауны словно куколка накрашенная, представляешь. Не знаю, что у неё за косметика такая на лице, но я залип на её красоте и свежести. А ты? Ты… Ты вечно с минимумом косметики и…

– И задница не орех, – заканчиваю ты за него, и он улыбается, не стесняясь, кивая.

Смущения от своей подлости и откровенности – ноль. Уважения ко мне как к своей супруге тоже. Понимаю почему. Он не боится обидеть мои чувства, потому что меня не любит. Ему просто плевать, что они будут ранить меня.

Обычный мужской эгоизм."

"– Какой же ты … тупой… Грудь, задница у твоей дамы силиконовые. Зубы – виниры. Губы яркие и стрелки на глазах – татуаж. Обычная, но искусственная девка. Сбрось до заводских настроек свою куклу, где не было бы операций и такого ухода, и уверена, будет обычной, – я продолжаю улыбаться, хотя на душе, конечно, скребут кошки от обиды и возмущения.

– Ну ладно, всё это мелочи. Марта, прошу, ты, главное сейчас, подумай обо мне.

– О тебе? – удивляюсь и всё-таки вступаю с ним в диалог. – Да мне на тебя плевать! Меня ты лично меньше всего теперь интересуешь! Я не хочу и не собираюсь о тебе думать. Ты разом убил все чувства своим поступком.