Последний натиск на восток ч. 1 (СИ)

В каждом районе были какие-то личности, которые знали всех, кто там живет. Это были лавочники, стражники или местные уличные воришки. И каждому из них Коста рассказывал, что после смерти родителей ищет своего дядюшку по матери, который у него, сироты, один из всей родни и остался. И пока что ни в одном районе города никто не встречал семью чужаков, которые явно резали бы глаз местным. Ну, а тех, кто переехал недавно, Вацлав рассмотрел лично. Он знал жупана Любуша и кое-кого из его сыновей. И это, совершенно точно, были не они.

Они прочесали район за районом, начиная с окраин у самой стены и заканчивая помпезными дворцами у ипподрома, что передавались местной знатью из поколения в поколение. Тут не было следов жупана Любуша, и уж тем более не было следов старой княгини. Впрочем, в городе ее и быть не могло. Она могла быть в самом дворце, живя в одном из его бесчисленных покоев, а могла оказаться в дальнем имении императора, коих тоже была не одна сотня.

— Хозяин, нет тут такого человека, — уныло ответил Коста за ужином. — Или прячется он уж очень хорошо. Империя большая, он, может быть, в Карфагене сейчас сидит и черных девок за вымя щупает.

— Кто-нибудь здесь знает, кто, когда и какой дом купил? — спросил Вацлав.

— Квесторы знают, — оживился мальчишка, который не привык решать вопросы подобным образом. — Но они люди великие. Надо писцов, что при них служат, поспрашивать. Они за пару золотых маму родную продадут. Я могу договориться, если хочешь. — Уныние с Косты слетело, словно его и не было никогда. Впрочем, на его аппетите это не сказывалось, и он работал ложкой за троих, пытаясь отъесться сразу за все годы лишений.

— Ухо сразу резать? — поинтересовался Вацлав.

— Не надо ухо резать, хозяин, — всполошился мальчишка. — Я и за солид договорюсь. А деньги ты сам отдашь. Скажу, что ты меня нанял, чтобы родственника найти.

— Добро, — кивнул Вацлав. — Береги уши, парень. Я смотрю, ты ими совсем не дорожишь. А их у тебя всего два!

— Да я тебе Девой Марией поклялся! — возмущению Косты не было предела. — Как ты мог обо мне такое подумать!

Ушлый пацан сделал, как обещал. Уже вечером Вацлав ужинал в харчевне с каким-то мелким нотарием из канцелярии самого квестора Олибрия, и рассказывал душещипательную историю.

— Понимаешь, почтенный! — вещал Вацлав с самым простодушным видом, на какой был способен. — У меня двоюродный брат по матери сюда жить переехал вместе с семьей. Звал меня к себе приказчиком. Я вот приехал, а найти его не могу никак. Город-то огромный.