Последний натиск на восток ч. 1 (СИ)

Разорил весей без числа, мальчишек искалечил, а родовичей на продажу к ромеям погнал. Теперь-то, наверное, платят те, кто в живых остался эту куницу проклятую.

— А к вам ромейские купцы захаживали? — заинтересовался Вацлав.

— Бывало, — равнодушно пожал плечами Мстивой. — Из Херсонеса купцы приходили. На веслах в наши земли недолго подняться, они сразу за землями уличей будут. Ромеи мех у нас брали, мед, зерно.

— Где Всеволод встречался с ними? — спросил Вацлав. — На острове святого Евферия(4)?

— Да, на острове каком-то, — кивнул Мстивой. — Не знаю, как он называется. Там нас и продали, кого куда. Тут ведь до земель уличей рукой подать. Неделя пути. Как степь закончится, так мы и на месте.

Законы гостеприимства были священны в этих землях, и путники ночевали в словенских весях, которые редкой цепью рассыпались по берегу реки, прижимаясь к языкам леса, что вторгался сюда с севера. Чем дальше шли путники, тем чаще встречались урочища, и тем больше словенских деревушек попадалось им на пути. А уж когда степь, словно ножом, отрезало лесной опушкой, словенских селений и вовсе стало великое множество, почти как на западе. Каждые восемь-десять миль стояли укрепленные городища, окруженные частоколом. Не бог весть, какая твердыня, но от набега соседнего племени или шайки степняков защиту давала. Это и была земля уличей, племени многочисленного и отважного. Самого южного из тех, кто ушел когда-то на восток.

На первый взгляд все было так, как везде. Словенские веси от Альп до Великой Степи были одинаковы, как одинаков был язык, который отличался настолько незначительно, что хорутане, коими были воины Тайного Приказа, понимали его без каких-либо проблем. Переметные сумы трех лошадей были забиты товаром, купленным в имперском городке, стоявшем на берегу Черного моря. В основном путники везли железо — наконечники копий, ножи и топоры. Кое-где они меняли товар на соболя, не размениваясь на белку и лису, но путь держали на городище Всеволода, дорогу к которому ему указывали уличи. Раз новый владыка собирает дань мехом, то и торговцу следовало идти именно туда, а не выменивать его по шкурке в деревушках, что встречались по пути.

И вроде бы все было знакомо, но вот, присмотревшись, Вацлав начинал видеть отличия. Не такие стояли капища богов, где привычные истуканы были измазаны свежей кровью. Не такие были бабы, многие из которых пришли сюда не по своей воле, став вторыми и третьими женами. В их глазах застыл покорный страх, не встречавшийся у свободных словенских женщин. А еще тут старейшины держали холопов, рабство которых было куда жестче, чем в западных землях. Там пленник был, скорее, младшим членом семьи, а не вещью или товаром.