Поверить в чудо [трилогия]

       Ольга помолчала, переваривая новость, а потом спросила чуть охрипшим от слез голосом:

       - Значит, он даже не знает, что у него есть я?

       - Не знает. И прошу тебя - не ищи с ним встречи, потому что я до сих пор не уверена, что это безопасно.

       - А ты больше не раскладывала карты на отца?

       - Может, попробуешь сейчас, ведь больше двадцати лет прошло?

       - Ладно, давай попробуем.

       Ольга зажгла свечу, поставив ее в центр стола, а Зоя, помолившись и попросив у Бога прощения, принялась выкладывать карты на стол.

       - Смотри, с ним все хорошо... дважды женат... а вот детей я что-то не вижу, есть только ты и все. Смотри, вот Дама легла, это я в том, "что было". А "что будет?". Слава Богу, ничего страшного уже не случится, - и Зоя быстро перемешала колоду, спрятала карты, а затем встала и вымыла руки. - Думаю, ты сможешь разыскать Витольда, когда захочешь, у меня где-то остался адрес его родителей, поищу при случае.

       - Меня не проси, а то, чувствую, стоит мне появиться рядом, и проклятие захочет вернуться.

       - Ты еще любишь его, мама?

       - Витольда? Нет, конечно, - Зоя легко улыбнулась. - Все давно в прошлом, Олечка. За эти годы у меня было много мужчин, и я любила их, каждого по-своему... но любила. Не помню, кто из известных писателей сказал, но фраза звучала примерно так: "Жизнь человека слишком длинна, чтобы любить лишь один раз". И это правда. Все проходит. Проходит и любовь.

       - А сейчас ты кого-то любишь?

       - Нет, сейчас, к сожалению, у меня продолжается затяжной этап одиночества, - и Зоя "тяжело" вздохнула, а потом не выдержала и засмеялась. - Не обращай внимания, - махнула она рукой, - не пропаду.

       - Но мама, послушай, я действительно могу познакомить тебя с Васильевичем. Он классный дядька и все такое, но у меня условие - если он тебе понравится, ты выйдешь за него замуж.

       - Вот так сразу и замуж?

       - Ну, если хочешь, можешь жить с ним в гражданском браке.

       - Благодарю за разрешение, дорогая.

       - Но пообещай мне, если Васильевич тебе не подойдет, голову зря ему ты морочить не будешь.

       - Ладно, обещаю, не переживай.

       И уже когда они укладывались в постели, Ольга сказала:

       - Прости меня за ту гадость, что я сказала вечером.

       - И ты меня прости за все. И за пощечину тоже, - ответила Зоя.

       - Но меня все же интересует, - девушка внимательно всмотрелась в лицо матери, - почему ты не хотела, чтобы я удалась в наш род?

       - Потому что не желала, чтобы ты от этого пострадала, как я когда-то.

       - Но ведь можно было бы предупредить, объяснить...

       - Оля, пойми, ничто так не портит человека, как власть, тем более власть, ощущаемая с детства. Она входит в кровь человека и делает его своевольным и капризным. Вот, например, я.